Книга Зверь в Ниене, страница 32 – Йёрген Теодорсон

— Ты, дорогой мой, вставай. Да хоть помнишь, что вчера было?

Малисон сразу посмотрел на руки. Кулаки были целы.

«Бог уберёг», – подумал.

— А что? – спросил он, сам себе не веря.

Скажи кто – доверится без тени сомнения, а ведь сам потом и не поверит ничему сказанному, ибо не в своём уме после удара по голове.

— Ну, как тебя из лавки утаскивали? Помнишь, как на рынок ходил?

— Нет, – честно признался Малисон. – Как и не ходил вовсе.

Он ещё не совсем проснулся.

— Что в лавке? – спросил он.

— Заперли на замок. При людях, – быстро добавила Аннелиса.

— А что я на рынке делал?

— Кошель свой искал.

— Нашёл? – сразу же спросил купец.

— Нет. Да не было никакого кошеля…

— А я говорю, был! Мне деньги дал Тронстейн, а чёрт унёс. Когда найду их, найду и убийцу.

«Всё правильно сделал», – подумал купец при этом.

— Вор унёс, – попыталась вразумить его Анне-лиса. – Теперь уж не вернёшь. Понапрасну терзаешь себя, голубь.

Купец громко рыгнул. Пиво ударило в нос. Засопел шумно, чихнул. Утёрся рукавом. Перекрестился.

— Утро вечера мудренее, – сказал он.

На следующий день после похорон ленсман Штумпф привёз на телеге связанного бродягу, подозреваемого в убийстве Уты Хооде. К ратуше сбегался народ посмотреть на злодея.

Это был нестарый мужик, рослый, но измождённый. Продранные поршни на ногах, грязные онучи, тиковые портки в заплатах. Серая рубаха и бурый полукафтан с торчащими, как языки пламени, клочьями. Спутанные космы до плеч, шапки нет. Он не проспался и плохо соображал, бессмысленно ворочая мутными глазами.

— В кроге фру Коновой на Нарвской дороге взял, – хвалился ленсман. – При нём кошель и вот это, – он показал на ладони серебряный крестик. – Зуб даю на вырывание, что снял с трупа!

— На йомфру Уте крестика не было, – письмоводитель и юстиц-бургомистр переглянулись.

Карл-Фридер Грюббе шумно засопел и потёр ладони.

— Это как же ты его добыл, Игнац?

— Объезжал свой участок и заглянул в ЛахтаВморе-бю, – ленсман самодовольно выпятил пузо, разгладил большими пальцами складки под ремнём и пояснил: – Проверить кроге. Для порядка.

««Для порядка взимания мзды, – подумал Хайнц. – Тут сроки пропускать нельзя, а то почуют слабость и отвыкнут платить. Свой карман надо наполнять строже казны».

Новость разнеслась по ратуше, и даже главный бургомистр Ниена Генрих Пипер, по совместительству исполняющий обязанности городского казначея, прервав заседание магистрата, на котором обсуждали важный вопрос об устроении колодца в конце Средней улицы, вместе с ратманами вышел посмотреть на злодея.

Писарь Уве был послан в крепость известить коменданта о поимке подозреваемого. Слотсгауптман Ниеншанца был обязан всячески содействовать городским властям в содержании преступников и свершении правосудия. А также в восстановлении порядка – важном для портового города, в навигацию наполненного чужеземными купцами, обозниками, матросами, боцманами и забредающими в трактир финнами.

Ждали у телеги, карауля злодея, пока не прибыл на вороном коне подполковник Томас Киннемонд, из присягнувших шведской короне шотландцев, а с ним четвёрка мушкетёров и капрал – конвоировать в цитадель опасного разбойника.

— Этот? – только и спросил Киннемонд, свирепо взирая на бродягу.