Книга Парень не промах, страница 161 – Юрий Гаврюченков

— Все в сборе, – сказал Колодей. – Очень хорошо.

Он распахнул калитку и пропустил вперёд следователя прокуратуры.

Поднялись на крыльцо, постучались, зашли.

Когда из комнаты вышел высокий мужчина лет тридцати с небольшим, Вася сразу узнал его. Только мужчина с тех пор сильно сдал.

— Лабуткин Александр Алексеевич? – спросил следователь.

— Он самый.

— Вы задержаны по подозрению в совершении убийства гражданина Сакаева.

— А кто это? – повеселел мужчина.

— Вот постановление на арест и обыск. Присаживайтесь к столу, – следователь выложил из портфеля бумаги и удобно устроился рядом с убийцей.

— Ой… – вздохнула за печью пожилая женщина и с размаху опустилась на лавку, сбивая ковш и вёдра.

Из глубины комнаты поглядывала маленькая полноватая женщина с ребёнком на руках. «Мария Борисовна Лабуткина», – понял Вася.

Участковый привёл соседей-понятых – старика и старушку.

— Ваши паспорта, пожалуйста, – следователь начал заполнять бланк протокола. – Трофимов Никифор Иванович…

«Трофимов? – Вася удивился, как быстро крупная рыба пошла на нерест. – В цвет!».

Все поначалу молчали, готовясь.

— Вот так, значит, шьёте, – со смешком заговорил Лабуткин. – Берёте безрукого человека, инвалида производства, отца маленького ребёнка. Берёте передовика труда, имя которого не сходит с Доски почёта, так? Берёте…

— Помолчите, задержанный, – спокойно оборвал следователь. – Сейчас вами займёмся, тогда будете говорить.

С каждой минутой Лабуткин всё более оживал. Казалось, высокая концентрация сотрудников уголовного розыска в избе вливает в него силы. Он выпрямил спину, расправил плечи и помолодел сразу лет на пять.

Когда дошла очередь до занесения в протокол паспортных данных Лабуткина, Вася обнаружил, что они ровесники.

Обыск продолжался весь день. В радиоприёмнике, задняя крышка которого подозрительно отставала, нашли хромированный наган и тридцать один снаряженный патрон. В диване – три ружья и охотничий нож в деревянных ножнах. Под столом – чемоданчик с порохом, капсюлями, пулями, дробью, меркой, пыжами и пыжерезкой, весами, гирьками, ёршиками и другими охотничьими принадлежностями. В шкатулке, принадлежащей Марии Лабуткиной, обнаружили большое количество золотых украшений и монеты царской чеканки. В сенях висела шуба, предположительно, принадлежавшая Файзулле Сакаеву. Из сарая были изъяты валенки, сапоги с надписью «Бухарин Ф. К.» внутри голенища, плетёная клетка для птиц, меховой жакет и другие вещи.

Чем дальше, тем больше требовалось вывозить, и начальник Первой бригады запросил усиление.

Прибыли машины и сотрудники. Произвели ещё два обыска и ареста.

Задержали в этот день самого Лабуткина, его жену и мать, двоюродного брата – Леонида Герасимова и соседа – Трофимова Никифора Ивановича.

Дениса Александровича Лабуткина сотрудница детской комнаты милиции Синичкина отвезла в приёмник-распределитель для несовершеннолетних.

Никто не запирался. Говорили все, словно рассчитывали уменьшить себе срок. Особенно каялся старичок-сосед Трофимов, который даже в мыслях не держал, что Саша может пойти на такое.

Чем дольше они говорили, тем больше вопросы росли и ширились. Следователь не успевал справляться. Протоколы множились. И если уголовное дело Александра Лабуткина, выделенное в отдельное производство, спешно готовили к заседанию Особого совещания, то остальными соучастниками занимался народный суд.