Книга В ожидании Большой волны, страница 108 – Саша Южный

— Он просто не пришёл однажды вечером.

— Паршивый конец у твоей истории, – произнёс Луи и сел в машину.

— Давай лучше думать о нашей истории, – проворчал Буш, пристраиваясь рядом на сидение «понтиака». – Ведь спросят, а тебе даже сказать нечего. Сначала была ваза, а потом её не стало. Куда делась, кто взял, непонятно.

Улицы города были почти пусты и потому они ехали быстро. Прошёл короткий теплый дождик, и Буш приспустил стекло. В салоне запахло свежестью и сырой пылью.

— Сады нынче в цвету. Будет красивый концерт. Цветущие деревья, любовь молодой девушки, – мечтательно произнёс Буш.

— Ты не понял меня, Зак, – оборвал его Луи. – С одной стороны, казалось, она делает всё, чтобы расположить меня к себе, а с другой от неё веет льдом и холодной иронией.

— Держит дистанцию. Так это называется. Что поделаешь, аристократы. Они этому обучены. Она девушка хорошая, но мы люди не её круга. Не влюбляйся. Она любит только твою трубу.

— Легко сказать, – вздохнул Луи.

— Просто покрепче стисни зубы и терпи. Если поведёшься, дальше будет ещё хуже.

— Ты опоздал с советом года этак на три с лишним.

— Матерь Божья! – воскликнул Буш и встал на красный.

Он достал из бардачка сигару, прикурил и с наслаждением затянулся ей. Салон наполнился дымом.

— Сейчас кто-нибудь вызовет «пожарку», – сказал Луи и открыл до конца окно со своей стороны.

Буш сделал то же самое и произнёс:

— К тому же тогда на причале мы поступили с ней некрасиво. Ты ушёл, не попрощавшись. А я уплыл на барже, даже не помахав рукой. Получается, мы проигнорировали девушку. Просто бросили одну и разбежались. А ведь она приехала к тебе. Женщины очень не любят, когда так с ними обращаются, и долго помнят. И даже мстят.

Буш тронул машину.

Особняк Сальваторе стоял в полной темноте. Буш подъехал к нему и развернул «понтиак» передом к дороге.

Луи и Буш выбрались из машины и подошли к воротам. Луи нажал кнопку звонка. Никто не отозвался.

— Они там что, уснули, – недовольно пробурчал Буш и принялся барабанить кулаком в калитку.

— На часы посмотри, – посоветовал ему Луи.

Буш взглянул на часы. Было одиннадцать сорок пять ночи. Буш озадаченно поскреб пальцем макушку и произнёс:

— Да! И в самом деле спят.

Спустя полчаса они уже подъезжали к «Прекрасной реке».

— Ляжешь на диване в рубке, – сказал Буш.

Прежде чем выбраться из машины, Луи окинул взглядом пространство вокруг баржи. Никаких подозрительных машин не наблюдалось. Стоял только синий «форд», но Буш сказал, что он принадлежит буфетчику.

Вдвоём они поднялись в рубку. Буш достал из рундука подушку и плед.

— Не бог весть что, но для таких бездомных шаромыг, как мы, такая лежанка вполне сойдет. И вообще, обживайся. На какое-то время это будет твоим домом.

Буш ушёл. Луи немного поворочался на пружинном матрасе рундука и с мыслью о том, что как бы не оказалось так, что «Прекрасная река» станет ему домом не только на некоторое время, уснул.

Проснулся он в середине ночи от яркого света фонаря, бившего ему прямо в глаза. Он попытался увернуться, но всё было бесполезно. Свет фонаря метался за ним, куда бы он ни повернулся, и не давал возможности разглядеть того, кто так бесцеремонно обращался с ним. Проснувшись окончательно, он прикрыл глаза рукой и спросил:

— Кто это и что вам нужно?