Книга Ворон и Лис, страница 113 – Кирилл Капица

— Кто?

— Полиция, – ответил Егор.

— И что?

— Ничего. Разговор есть.

— На тему?

— Откройте и узнаете.

Слышно, как женщина тяжело вздохнула. Через пару секунд раздался звук открываемого замка. Егор зашел внутрь. Подъезд встретил его запахом сырости, пыли и тем самым неуловимым ароматом человеческого быта, концентрирующимся в замкнутых пространствах. Воронов поднялся на четвертый. Он увидел нужную дверь. Она была деревянная, старая, с отслаивающимся лаком, единственным её украшением был дверной глазок. И она была открыта. В дверях стояла неряшливо одетая женщина лет пятидесяти – Инна Петровна, мать Вадима.

— Не видела его уже больше месяца. Денег я ему не даю, в квартиру не пускаю, нечего ему тут делать.

— Сына не пускаете в квартиру? – удивился Егор.

— Был сын, да весь вышел. Окончательно сторчался. Если зайдет, обязательно что-то украдет. Он, как освободился, так нигде и не работает. Он что-то натворил?

— Боюсь, что да – ограбление.

— Ох, посадили бы его опять. Может, хоть на зоне слезет с наркоты.

— А за что он сидел?

— Статья двести тринадцатая.

— Понятно, хулиганка.

— Ав детстве был такой хороший мальчик. Потом с гопотой связался. Спиртное, наркотики, девки…

Женщина начала плакать.

— Инна Петровна, вы его лечить не пробовали?

— Пробовали. Не хочет он лечиться! Два раза сбегал из клиники.

— Понятно. Может, знаете, где его найти?

Женщина достала из кармана халата замусоленный платок и вытерла слезы.

— Он живет у своей дряни. Светка, сука оторванная, погоняло у неё такое стрёмное – Пуля. А адреса я не знаю.

— Тоже наркоманка?

— Нет, блин, астрофизик в университете.

— Понятно. Может, знаете их номера телефонов?

— Какие телефоны? За них же платить надо!

— Не важно. Отключенный номер тоже подойдет.

— Подождите, поищу.

Женщина ушла вглубь квартиры. Егор вздохнул – надо как-то сообщить о смерти сына. Через пару минут женщина вернулась с листком бумаги в руке. Она протянула его Егору.

— Вот, записала её домашний. Но давно не работает.

— Я понял, спасибо.

Егор взял листок бумаги и спрятал в карман.

— До свидания.

Он начал спускаться по ступенькам.

— Подождите! – крикнула Инна Петровна.

Егор остановился.

— С Вадиком что-то случилось? – спросила она.

Воронов повернулся к женщине, посмотрел ей в глаза и начал подниматься по ступенькам обратно…

В камере на нарах сидела по-турецки Марина, положив одну руку на живот, а другую на грудь. Она только что отжалась от пола сто раз, поэтому пыталась восстановить дыхание. Рядом с ней на табуретке стояла горячая кружка с крепким чаем. В середине «хаты» на столе пожилая зэчка с растрепанными, торчащими во все стороны волосами, заваривала очередную порцию. На втором ярусе лежала Анна и смотрела в потолок. Послышался скрежет открываемого замка и скрип железных петель. Марина скосила взгляд, не поворачивая головы – в дверях стояла надзирательница, полная женщина лет сорока, с грубыми чертами лица, классическая тюремная служащая.

— Алексеева, на выход! Адвокат пришел.

— Да он недавно ушел, – удивилась Марина.

— Мне что, делать больше не хрен, как с тобой тут базарить? Пришёл еще раз, значит, надо! Подняла быстро жопу и пошла! – резко ответила вертухайка.

Марина встала с нар и пошла к двери. Неожиданно спрыгнула Анна.

— Марина, подожди! Попроси, пожалуйста, своего адвоката, чтобы взял моё дело, – быстро сказала она.