Книга Друзья, страница 5 – Стефан Факеер

Как-то в нашей тусовке появились две новые девушки: София и Марина - они были местные. Софья рыжеволосая длинноногая породистая девица с претензиями, - ей постоянно что-то не нравилось: то Агдам она не пьет, то стакан ее не устраивает - ей нужен бокал. Капризная лошадка. Я ожидал, что Макей ее поставит на место, но вышло наоборот - он стал за ней ухаживать и исполнять ее прихоти. Это было неожиданно. Марина ее подруга - нормальная девушка.

Спустя несколько дней у Софии в квартире состоялась вечеринка, ее родители уехали на дачу: четыре девицы и четыре парня, много вина и шампанского. Квартира трехкомнатная - простор, после комнат в общагах. Макей вился вокруг Софьи, - обычно было наоборот. Я тогда впервые увидел настоящую фурию, которая требовала подчинения... и ей подчинялись. Голос ее был властным, стан гордым, рыжие волосы спадали с плеч, она распоряжалась:

— Макей, стол надо сдвинуть сюда. Здесь будем танцевать. На столе должен быть только хрусталь, его можно взять из серванта. Открывайте шампанское!

— Соня, пошли в спальню, - не терпелось Макею.

— Не называй меня так, - не люблю. Я София!

— Софа, милая, извини, - оправдывался он.

— София, - Макей, - София! - повторяла она.

— Да, любимая.

Они уходили вдвоем в спальню. Видимо, для Макея это был вызов, - и он принял его. Меня выбрала Марина, мы долго танцевали, пили шампанское и, впервые, мы говорили не о Макее, а обо мне. Да, я поймал себя на мысли, что с теми девушками, с которыми я делил их кровать, я говорил о Макее, а с Мариной мы говорили даже не о ней, а обо мне. Я впервые был кому-то интересен. Все бывает в первый раз. Мне нравилось врать о себе:

— Я математик, - будущий ученый, стипендия небольшая, так я “спортлото” обыгрываю - тем и живу. У меня схема есть, которая кормит меня.

— И много выигрываешь? - интересовалась она, скорее для разговора.

— На жизнь хватает.

— Говорят ты в армии служил?

— Кто говорит? - мне было интересно, кто, кроме Макея, знает о моей службе в армии.

— Ребята говорят, - ответила она. Видимо у парней это был больной вопрос, который я закрыл раз и навсегда.

— Да, служил - переводчиком в Германии, два года. - Здесь я сказал правду, которая была похожа на выдумку.

— Ты знаешь немецкий? - она сообразительная, - подумал я.

— Да, говорю на военные темы: гитлер капут, хенде хох.

Она красиво смеялась над моими шутками. Странно, я впервые за два месяца забыл о Макее и мне никто о нем не напоминал. Мы стояли с ней на маленьком балконе с шампанским в хрустальных фужерах и я говорил на вольную тему человеку, который меня слушал, не перебивал и смеялся. Это было очень запоминательно. Далеко заполночь я проводил ее до парадной, мне не хотелось мешать новые для меня отношения со старыми Макеевскими.

— Ты где был? - спросил меня Макей, когда я вернулся.

— Решил узнать, где Марина живет.

— Влюбился? - улыбнулся он.

— Да.

— Соня моя, - сказал Макей, но что-то мне подсказывало, что это не так или даже наоборот - София прибрала Макея к своим рукам.

— Было бы нелепо… как-то по другому, - сказал я.

Две пары ушли и мы остались втроем, Макей с Софией спали в спальне, а я на диване - впервые за долгое время - один на диване. Почти всю весну я проводил ночи вдвоем с приезжей красавицей на ее узкой скрипучей железной кровати, которыми снабжались общежития. Днем спал на той же проваленной пастели. Иногда у кого-то в квартире, но тоже не один. Тут же было все по человечески - я оценил комфорт. Квартира, в которой мы находились, была обставлена по богатому: диковинная мебель, затейные люстры, хрусталь в серванте, картины на стенах, зеркала в ванной и деревянный массивный стульчак, - говорили, что здесь живут не ткачиха с поварихой.