Онлайн книга «Иллюзия падения»
|
Мое убедительное заверение не срабатывает. Амбал продолжает стоять и травмировать меня ледяным взглядом. — Лаи Мансури подчиняется только моему мужу, – Ариэль бороздит по больному, и я, скорее, чувствую, чем вижу ее приближение. Она останавливается рядом со мной. По общепринятым меркам – прилично выдержано, по моим личным – непозволительно близко. — И если он решил, что Лаи пойдет с нами, значит, так и будет, – заканчивает Бейкер и выходит из кабинета, оставляя за собой шлейф парфюма. Вдыхаю глубже и не нахожу знакомых нот. Роскошно, дорого, но слишком тяжело. Так пахнут элитные эскортницы Манхэттена. Весь путь до лифта ощущаю на себе подозрительный арабский взгляд. Зенон мне не доверяет. Я его не виню. Он, как и положено всем всемогущим, стопроцентно навел обо мне справки. Учитывая жесткие законы Эмиратов, Фелдман должен был сразу отказаться от услуг такого парня, как я. Но либо он не верит слухам, либо он представитель более широких взглядов, чем я смел предположить изначально. Немного обидно, потому что, вопреки большинству мнений, держать половой орган при себе я умею. Не всегда и в некоторых случаях с трудом, но ради крупной сделки и карьеры я готов трахать исключительно свою ладонь. Так я сказал бы, если бы его женой оказалась любая другая женщина на земле. Любая, кроме Ариэль Бейкер. Сейчас, разглядывая ее зад, я теряю нить собственных утверждений. Эту сучку слепили в аду и доставили на землю, чтобы разбивать мужские сердца и иссушать члены. В ее внешности нет изъянов. Но я знаю, что они существуют внутри. Один безусловно точно. Маленький дефект, который покажет только рентген. Она уничтожает то, чего не имеет сама. У сучки из ада нет сердца. Следующие полчаса я участвую в поистине великолепном цирковом шоу, срежиссированном лично мной. Я вожу Ариэль по самым унылым кабинетам, рассказываю самые примитивные вещи, по типу: из чего сделан карандаш, и даже не думаю показывать ей наш маленький музей последних разработок, который, я уверен, и имел ввиду Зенон, когда озвучивал свою маленькую просьбу. Наш музей уникален. В нем представлены самые навороченные модели рук и ног, которые Бейкер не заслуживает увидеть. Почему? Да потому что когда-то перед алтарем она сказала “да” непонятному деду. И мне плевать, что это не мое дело. Плевать, что между нами давно ничего нет. Сам факт меня злит и раздражает. А эти эмоции я привык нейтрализовывать в зародыше. И мелкая пакость отлично справится со столь легкой задачей. — Прошу, миссис Фелдман, – звонко вещаю я, открыв перед ней дверь очередного неинтересного кабинета, в котором чаще всего происходят скучные финансовые презентации. С наслаждением отмечаю, как она неуловимо морщится, слыша собственную фамилию. За тридцать минут я произнес “миссис Фелдман” несчетное количество раз. В мои злобные планы входит возвести достигнутую цифру в квадрат и повторить успех. Прохожу вглубь, чувствуя затылком сверлящий взгляд неугомонного араба, и, тормознув возле дальней стены, торжественно провозглашаю: — Это смарт-доска! Ариэль останавливается в нескольких футах от меня. Молчит и не сводит с меня своих въедливых глаз. Не понимаю, почему не хлопает. Я заслужил, хотя бы за энтузиазм. — Незаменимое оборудование для презентаций! Такие доски можно связать с компьютерами, планшетами и смартфонами, что позволяет легко выводить контент на экран и управлять им… |