Книга Десять писем, страница 143 – Лия Аструм

Я буквально перестала дышать. Из лёгких выкачали весь кислород, и закружилась голова. Мир сузился до одной маленькой точки, в середине которой так и пестрела картинка романтичного ужина любимого мужчины с девушкой, которой была не я. Где-то слева под рёбрами что-то нещадно закололо, будто у меня резко началась невралгия. Но я знала, что это не она.

Вчера. Вчера он сказал мне, что у него деловая встреча, а сам знакомился с кандидаткой на пост его жены. Он мне солгал. Зачем? Чтобы продолжать спать со мной до тех пор, пока в окружении тонны живых цветов не произнесёт клятвенную речь и не наденет кольцо на палец другой? Неужели он может так поступить? Алекс никогда не говорил мне о чувствах, ничего не обещал, но это же … подло… разве нет?

— Не стоит так переживать, Вивиан, – Ненавистный голос ворвался в мои удушающие мысли. Я настолько была шокирована обрушившейся на мою голову информацией, что на несколько секунд совсем забыла о присутствии рядом со мной Ричарда, который с беспристрастным выражением наблюдал тысячу и одну эмоцию на моем лице. Голос звучал почти нежно, но вот в глазах, безошибочно считывающих моё каждое неподдельное чувство, простиралась необъятная пустыня снегов. – Это было ожидаемо. Ты ещё молода и обязательно встретишь хорошего молодого человека.

«Но мне не нужен другой! – хотелось орать мне. – Мне нужен только этот!».

— Мы всё обговорили, – заключил он, словно подводил итог всему вышесказанному на совещании в своём поднебесном офисе. – У тебя есть время подумать. Очень надеюсь на твоё благоразумие. Если тебе нужна минутка, я подожду тебя в машине, – медленно расставляя каждое слово проговорил отчим, будто боялся, что я оглохла на оба уха и ни черта не слышала из того, что вылетало из его рта. Он ошибался. Я слышала каждую букву.

— Ещё пару секунд твоего бесценного времени, Ричард, – абсолютно безэмоциональным голосом остановила его я и потянулась к своей сумке, висящей на бедре. Расстегнув молнию, я достала белый конверт, такой же, как и предыдущие девять, и протянула его мужчине, стоящему напротив. Он сразу же взял его и некоторое время задумчиво рассматривал каллиграфически выведенную цифру десять. А затем, будто больше не мог на него смотреть, убрал во внутренний карман пальто.

— Тебе стало легче?

— Нет. Я подумаю над твоим предложением и в самое ближайшее время дам свой ответ.

Развернувшись, я медленно пошла в сторону выхода, на ходу считая шаги, чтобы отвлечься и не думать о возможной предстоящей свадьбе Алекса. От одной только мимолётной мысли о том, как он говорит «да» кому-то другому, мне хотелось позорно разрыдаться прямо на глазах Миллера и всей охраны.

… три, четыре, пять. Пять. Всего пять шагов.

— Вивиан, – в окликнувшем меня голосе отчётливо слышалось запоздалое сожаление.

Я повернулась и, убрав с лица раздуваемые ветром пряди волос, посмотрела в лицо человека, кардинально изменившего всю мою жизнь. В безграничной пустыне снега́ оттаяли, и сейчас на меня смотрели те самые глаза, в которых когда-то давно, словно совсем в другой жизни, теплилась отцовская забота и любовь.

— Прости меня.

Эта фраза, которую я десятки раз слышала из его уст, только сегодня нашла хоть какой-то отклик в моей душе. Но этот отклик настолько мал, что я просто не в силах дать ему то, что он хочет.