Книга Любить нельзя. Расстаться, страница 138 – Галина Милоградская

— Вы так и не поговорили? – Света повернулась к ней, облокотилась о землю.

— Завтра, – сухо бросила Инна и поёжилась. – Завтра оба поговорим.

— Ого. – Света резко села и нашла глазами Сергея, стоящего рядом с Тамарой.

Инна шумно вздохнула и жалобно протянула:

— Мне так страшно.

Света молча сжала её ладонь и ободряюще улыбнулась.

— Понимаю, мои слова тебе не помогут, но я верю, что всё наладится. Обязательно. Потом будете сидеть, вспоминать об этом и улыбаться.

— Не думаю, что эту часть своей жизни я захочу когда-нибудь вспоминать, – криво улыбнулась Инна.

Света сочувствовала подруге. Очень сочувствовала. Но весь день думать о чужих проблемах не хотелось. Особенно, когда Никита обнял её, прижал спиной к груди и положил подбородок на макушку.

— Давно мы так не отдыхали, да? – тихо спросил он, и Света кивнула.

Вечер постепенно погружал лес за спиной в сонные сумерки. Там, в густом папоротнике, уже вспыхивали крохотные светлячки. На берегу ярко горели два костра, шипело мясо, и бутылки переходили из рук в руки, сопровождаясь громкими взрывами смеха.

— Как думаешь, – вдруг прошептал Никита, незаметно для всех поглаживая её по спине, – если мы ненадолго исчезнем, кто-то заметит?

— Мы можем оставить клонов, тогда точно никто не заметит. – Света потёрлась затылком о его плечо и прикрыла глаза.

— Ну нет, тогда будет не интересно, – хмыкнул Никита, отступая на шаг и заставляя её идти за ним. – Разве не в этом заключается искусство ниндзя? Скрытность на виду у всех…

— Почти каждый раз, когда ты так говорил, нас всегда кто-нибудь раскрывал, – проворчала Света, покорно пятясь к лесу и не отрывая глаз от веселящихся друзей.

— Может, потому что ты не была достаточно тихой? – Под его ногами уже зашуршали папоротники, стало совсем темно – свет от костров не доходил до кромки леса.

— Кит, все наши друзья наблюдательные и обладают отличным слухом. С ними нельзя быть достаточно тихой.

— Можно, – не согласился он, уводя её ещё дальше.

— Спорим? – Света вдруг развернулась и толкнула его вперёд. Никита по инерции сделал несколько шагов и упёрся в ствол.

— Это даже интересно, – пробормотал он, когда она прижалась всем телом и подцепила ремень его брюк.

— Только не забывай, Кит, – мурлыкнула Света, – ты должен быть очень тихим.

Она поцеловала его подбородок, потянулась приоткрытыми губами к его губам, но отпрянула в последний момент, поймав понимающий смешок. Бесшумно расстегнула ремень, молнию, опустила ладонь на постепенно твердеющий член и медленно погладила.

— Примитивные методы, – выдохнул Никита, снова пытаясь поймать её губы.

— Может быть, – согласилась Света, уворачиваясь и слегка прикусывая шею. – Просто мне далеко до тебя. Очень далеко.

С каждым словом нажим её ладони усиливался, пальцы крепко обвивали, скользили по длине, изредка цепляя головку, оттягивающую ткань боксеров.

— Я бы так не сказал. – Никита ответил тихо, но тут же шумно сглотнул, когда её тёплая ладонь нырнула под ткань и надавила на головку, размазывая выступившие капли.

— Тише, Кит, – хмыкнула Света в его губы, впиваясь в них влажным поцелуем и отвлекая от того, что обе руки нырнули под резинку и потянули вниз, обнажая его бёдра. Ещё один поцелуй, и Света резко опустилась на колени, прижимаясь широко раскрытым ртом к основанию его члена. От неожиданности Никита охнул, подавился воздухом и плотно сжал губы, с силой упираясь затылком в кору. Губы Светы заскользили по нему вверх-вниз, присасывая, не спеша брать в рот, намеренно дразня. Она подняла на него глаза, согревая головку дыханием, поймала тёмный взгляд и медленно всосала её в себя, втягивая щёки.