Книга Взлетная полоса сердца, страница 96 – Айлин Грин

Марк попрощался и вышел из дома.

Я ещё раз посмотрел на сына:

— Завтра утром отвезу тебя к врачу.

— Я могу доехать и сам, я же сказал, что здесь, внизу, со зрением нет никаких проблем.

— Но лучше всё же перестраховаться.

Леон кивнул, не став спорить.

Сейчас он уже не был тем мальчишкой, который возражал каждому слову. Стал тише и внимательнее. Он научился слушать.

Небо.

Землю под ногами.

Себя и близких.

И я надеялся, что это хороший знак, а не предвестник бури, которая может взорваться над нашими головами после приёма у врача.

Как и обещал — утром я был у врача. Стоял перед дверью кабинета, нервно переминаясь с ноги на ногу. Отец был со мной. И его присутствие успокаивало. Я был не один — а одному не так страшно находиться в этих стенах.

— Леон Нойманн, проходите.

Я кивнул отцу — дальше я сам. В кабинете ему делать нечего.

Снова те же процедуры — фонарик, попеременное закрытие глаз. Врач молча проводил обследование, внимательно смотрел в мои зрачки. Мучительно медленно водил офтальмоскопом по глазному дну. Каждый его взгляд ощущался как укол. Острый и болезненный.

— Итак, Леон. Вы говорите, что приступы вновь повторяются? Как часто? — спросил он, что-то помечая на бумаге.

— Не очень часто, — покачал я головой. — В основном, это происходит в полётах. Или в стрессовых ситуациях.

— У вас болит голова? Есть ещё какие-то симптомы кроме потери зрения?

— Не замечал ничего, — задумался я. — Только зрение.

Он кивнул и сделал ещё одну пометку в карте. Потом отложил инструменты, снял очки и посмотрел на меня — не как врач, а как человек, который, кажется, знал намного больше, чем мог сказать.

— Я выдам вам направление на МРТ головного мозга, — произнёс он тихо, едва слышно. — Необходимо исключить органические причины потери зрения.

— У меня что-то серьёзное? — вырвалось раньше, чем я осознал — я не хочу слышать ответ сейчас.

Он не сразу ответил, несколько секунд внимательно изучая меня, а потом вздохнул:

— Леон, пока это всего лишь направление. И предосторожность. Но прошу вас — не затягивайте с обследованием. Если вашим проблемам со зрением есть серьёзные причины — лучше узнать о них на ранних стадиях и избежать осложнений.

Я снова кивнул. В горле пересохло.

«Органические причины».

«Ранние стадии».

«Осложнения».

Все эти слова звучали как приговор.

Когда я вышел из кабинета, сжимая направление, руки дрожали от волнения. Но больше — от того, что сейчас начнутся вопросы.

— Что сказал врач? — отец резко встал и подошёл ко мне. — Что с тобой происходит?

— Ничего не сказал, — буркнул я. — Отправил на МРТ головного мозга и попросил не затягивать. Чтобы я не умер раньше времени.

— Леон! — испуганно произнёс он. — Прекрати шутить такими вещами. Когда назначено обследование?

Я пожал плечами — на дату я не смотрел.

Главное, что не сейчас.

— Послезавтра, — отец выхватил у меня направление. — Надеюсь, ты не собираешься его пропустить?

— Не собираюсь, — поморщился я и услышал звук входящего сообщения.

Почта. Сердце ухнуло куда-то вниз.

Письмо от организационного комитета.

'Уважаемый, г-н Нойманн,

Мы ещё раз благодарим вас за то, что приняли участие в отборе, и рады сообщить, что презентация проектов перед руководителями состоится двадцать седьмого декабря в двенадцать часов.