Книга Развод в 40. Я не прощу измену!, страница 67 – Николь Келлер

Саша меня не простит.

Потому что на дух не переносит вранье.

Я вспоминала эти его слова раз за разом, но то не находила в себе сил собственноручно все разрушить, то не представлялось возможности…

А сейчас, к сожалению, слишком поздно…

Я сама все испортила.

— Я хотела… признаться…, - верчу в руках стакан с водой. Дергаю его по неосторожности, и вода расплескивается на стол. Язык не слушается, еле ворочается. Я буквально заставляю себя говорить. — Я давно должна была… Но не могла… Понимаешь, Саш, я не могла! Я хочу сказать, что… подделала резюме.

Неожиданно крупная ладонь босса накрывает мою. Легонько поглаживает. С нежностью. С заботой.

Как в замедленной киносъемке поднимаю голову. Во все глаза смотрю в абсолютно спокойное и улыбающееся лицо босса.

— Я знаю, — ровно выговаривает Александр, и у меня внутри все обрывается. Сердце срывается в галоп, в голове нарастает шум. — И знал с самого начала.

Открываю и закрываю рот. Краска стыда заливает лицо.

— Но… как?!

— Потому что знаком с твоей тезкой.

Не выдерживаю напряжения и прячу лицо в ладонях. Стыдно! Боже, как стыдно! Какой же дурой я была! Как наверно глупо выглядела!

— Почему… Почему ты сразу не сказал? Не дал понять, не выгнал?

— Я хотел, — кивает Саша, отпивая свой кофе. — Я тебя поэтому и пригласил сразу на совещание, потому что планировал с позором выставить на улицу. Чтобы не повадно было забирать чужие заслуги. Я уже тогда подозревал, что Эдуард Артемьевич и еще несколько его коллег обворовывают меня и Дом Моды. Я заметил пропажу крупных сумм и падение качества изделий. Он много натворил за моей спиной, пока я отсутствовал три недели по семейным обстоятельствам — Мила заболела, а Яна попала на сохранение. Мне пришлось быть рядом с дочерью и даже полежать с ней в больнице. Но я не мог поймать его никак за руку — он «работал» осторожно.

Киваю, забывая дышать. Значит, я правильно подозревала первого зама.

— Передо мной стояли две большие важные задачи: поймать воров на «горячем» и как-то реанимировать ситуацию с костюмами с минимальными потерями для Дома Моды. Потому что уже на тот момент убытки составляли почти десять миллионов. И тут ты показываешь яркие способности и знание технологий, тканей. Загораешься идеей настолько, что я переступил через себя и придержал свой гнев. Решил понаблюдать за тобой. Не то время было, чтобы грамотными кадрами разбрасываться. Потому что, Женя, можно подделать резюме, украсть диплом и нарисовать кучу сертификатов. Но талант и трудолюбие не купить ни за какие деньги. И ты и без диплома прекрасно справляешься.

— Прости… Прости, пожалуйста.

Женя

Саша снова обхватывает мои ладони и греет их в своих.

— А потом я узнал твою историю с мужем, — продолжает. — И понял, почему ты так поступила. Позже у меня родились чувства. И я бесился с одного — что ты никак не доверишься мне и не расскажешь правды.

— Я боялась. Боялась снова довериться мужчине и потерять все. В первую очередь, тебя.

Босс понимающе кивает. Не упрекает, не осуждает, просто принимает мою позицию. Это особенно ценно.

Отвожу взгляд в сторону. Я хочу задать еще один вопрос. Он так и зудит на языке. Но он может обидеть Сашу.

— Спрашивай, — усмехается босс, будто читая мои мысли.

— Мое увольнение…