Книга Трансильвания, страница 66 – Оксана Пелевина

Каталина аккуратно свернула найденный документ и вернула его в стол. Закончив обыскивать отцовские полки, девушка встала и подошла к книжной полке. Петер любил книги, долгие годы коллекционировал их. В его кабинете можно было отыскать несколько редчайших изданий, привезенных из поездок по всему миру. Изучать книжную полку девушка начала сверху вниз. Ей под руку то и дело попадались разные любопытные вещицы: статуэтки, игрушки. Но девушка быстро откладывала их в сторону, помня о цели своих поисков. Дойдя до нижней полки, Каталина так и не отыскала ни одного документа, в котором фигурировало бы имя барона Рифхогеля. Зато в самом низу, спрятанное за рядом книг, ее ждало настоящее сокровище. Вытащив на свет толстую стопку писем, Каталина принялась одно за другим перебирать их.

И с каждым новым письмом в ней поднималась волна светлой грусти и нежности, адресованной отцу. Все эти письма писал он. Каждое из них было адресованно Ксении Оболенской, его любимой покойной жене. Петер писал ей все эти годы, в письмах общаясь с ней, будто с живой. Мужчина с любовью описывал взросление дочери, делился с супругой своими переживаниями. За минувшие годы писем накопилось немало, и чтобы перечитать их все, девушке не хватило бы и недели. Наугад Каталина вытащила одно из последних писем.

Оно было написано всего пару месяцев назад. Скользя по строчкам, аккуратно выведенным отцом, Каталина вдруг споткнулась о слова, что заставили ее трепетать. Отец писал:

«Он вновь изводит меня. День ото дня, не давая забыть о своем существовании.

Он желает мне смерти и упорно тащит в могилу.

Я боюсь, очень боюсь. Но меня страшит не моя судьба, а будущее наших дочерей.

Они ни о чем не догадываются, потому известие о моей смерти станет для них неожиданностью.

Я чувствую, что с каждым днем все меньше напоминаю прошлого себя. Я меняюсь, превращаясь в кого-то другого.

Не знаю, сколько дней он отмерил мне. Но конец уже близок».

Снова и снова перечитывая эти злополучные строки, Каталина все сильнее поддавалась панике.

«О ком говорит отец? Его запугивали? Угрожали смертью? Но кто?»

Вскрыв еще несколько писем, девушка перечитала их от начала до конца, но так и не нашла ответов. Замерев, девушка вдруг обратилась мыслями к делам отца.

«А не связаны ли эти угрозы с бароном? Мог ли он так поступить с отцом? Или знать того, кого опасался папа?»

Спустя некоторое время Каталина аккуратно убрала письма обратно на полку.

И уже собиралась вернуться в гостиную, но в эту минуту дверь в кабинет неожиданно распахнулась. Каталина, не ожидавшая вторжения, подпрыгнула на месте.

— Так вот ты где, – на пороге кабинета отца стоял барон Рифхогель.

— Барон? Что вы здесь делаете? – стараясь скрыть волнение, произнесла Каталина. – Как вы вошли? Я не слышала, что кто-то звонил в дверь.

— Я и не звонил, чтобы не заставлять вас спускаться вниз, если вы находитесь наверху.

— Было бы лучше оповестить о своем визите. Вы напугали меня.

— Приношу за это свои извинения. Входная дверь была не заперта, и я решил, что могу войти, – пояснил барон, но Каталина не поверила его словам.

«Я уверена, что закрывала дверь на замок, провожая Кристиана. Может быть, я что-то путаю».

— Зачем вы пришли?

— Узнать, как прошла встреча с нотариусом. Вы подписали бумаги?