Книга Тайна последнего предсказания, страница 118 – Оксана Пелевина

Обретя дар речи, Генрих в гневе прикрикнул на шута:

— Что ты несешь, сумасброд!

— Правду, мой король, как и всегда, – ни капли не опасаясь королевской немилости, шут развел руки в стороны.

И тогда гнев короля обратился на Луизу. Сверля её красными от напряжения глазами, Генрих, забыв о толпе придворных, выкрикнул:

— Против мужа пошла?! Против короля?!

Не зная, как успокоить супруга, Луиза поднялась с трона и постаралась коснуться его плеча.

— Не слушай грязных сплетен. Я верна тебе и Франции.

— Лгунья! Лёжа под врагом короны, сколько государственных тайн ты выдала ему?

Генрих замахнулся, желая влепить неверной супруге звонкую пощёчину, но был вынужден обернуться на голос испанского посла:

— Ваше величество, в ваших политических промахах нет вины королевы. Не опускайтесь до того, чтобы искать причину восстания в женской постели. Вы король этой страны, и вы в ответе за всё, что с ней происходит.

— Увести его! – крикнул разъярённый Генрих.

Гвардейцы окружили Алехандро и, подталкивая его в спину, повели к выходу.

В какой-то момент фрейлина поймала на себе взгляд испанца. Алехандро усмехнулся, глядя на неё. Что значит эта усмешка, девушка не поняла. Но почему-то глубоко в груди болью отозвалось навязчивое чувство вины.

— И её тоже, – ткнув пальцем в сторону королевы, велел Генрих. Гвардейцы, слегка озадаченные приказом короля, подошли к Луизе.

— Не трогать, – приказала она, – сама дойду.

Гордо вскинув голову, королева последовала к выходу, окружённая вооружёнными гвардейцами.

Когда Алехандро и Луизу увели, король с подозрением осмотрел присутствующих.

— Я знаю, что в замке есть предатели, которые знали о переписке де Гиза с моей сестрой Маргаритой. И я уверяю вас, все они будут найдены и понесут заслуженное наказание. А пока можете расходиться. Но без лишней необходимости я бы не советовала никому покидать сегодня стены Лувра.

Король, стараясь не смотреть в глаза подданным, в сопровождении верного шута покинул зал, а следом за ним разошлась и свита.

Мадлен, с ужасом думая об участи, уготованной Алехандро и Луизе, направилась в свои покои. Но, ступив на широкую лестницу, почувствовала, как кто-то коснулся её запястья.

— Габриэль? – удивилась фрейлина.

Девушка засмущалась. Посмотрев по сторонам, она тихо, заговорщически прошептала:

— Меня попросили передать, что у ворот замка вас ждёт карета.

— Какая карета? Зачем она мне? – не поняла Мадлен.

— Вам нужно ехать. Вас ожидает… – девушка сильно понизила голос, – Генрих Наваррский. Пожалуйста, поезжайте.

Мадлен озадаченно всматривалась в смущённое лицо Габриэль. И лишь сейчас фрейлина поняла.

— Так это Анри тот господин, что добивается твоего внимания? Ты что, выполняешь его поручения при дворе? Шпионишь для него?

От слов Мадлен Габриэль готова было провалиться сквозь землю.

— Тише, мадемуазель, тише, пожалуйста, вам нужно ехать. Там карета, – пыталась напомнить Габриэль, но Мадлен была непреклонна.

— Я не сойду с этого места, пока не услышу ответы на заданные вопросы. Ты и Генрих Наваррский…

— Тише, мадемуазель, да, да, я выполняю некоторые поручения герцога Наваррского. И вы правы, это он оказывает мне знаки внимания.

— Так это ты рассказала ему обо мне? – насторожилась Мадлен.

— Он лишь просил меня оповещать его о новых людях, появляющихся в Лувре. И когда вы приехали в Лувр, я рассказала ему о новой фрейлине королевы.