Книга Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1, страница 117 – Тан Ци

Я посмотрела на него:

— Хочешь сказать, если бы ты был на месте Жун Сюня, ты бы не отдал кому-то так просто Ингэ, но она все равно не была бы для тебя самым важным?

Он обмахивался веером, не то улыбаясь, не то нет, и смотрел на меня.

— Кто сказал, что самая важная вещь может быть только одна?

Звучало это вроде понятно, но я все равно не распознала смысла его слов. Но после этого он больше ничего не сказал.

* * *

Я снова взглянула на мачту, но Ингэ уже и след простыл. Мы достигли середины реки, порывы ветра становились сильнее. Я нашла каюту, где не было ни души, достала маску из человеческой кожи, что носила при себе, и надела на лицо. Му Янь долго всматривался в меня и сказал:

— Это твоя настоящая внешность?

Я подумала, что, если бы у меня на лбу не было этого уродливого шрама, мое настоящее лицо выглядело бы намного красивее этого. Но не было смысла долго останавливаться на этой мысли – лучше вовсе забыть былое великолепие, чтобы не терзать себя. Так что я просто покачала головой из стороны в сторону:

— Нет. Я уродлива. Не хочу, чтобы кто-нибудь увидел меня такой.

На самом деле я лишь не хотела, чтобы такой меня увидел он.

Поднявшись на второй этаж, я увидела Жун Сюня в фиолетовых одеждах, прислонившегося к резным перилам и наливающего себе вино. Это действительно был правитель царства Чжэн. На самом деле сложно понять факт того, что он как-то вдруг появился сейчас на борту гражданского судна на границе между царствами Чжао и Чжэн. Поистине удивительные вещи. Цзиньцюэ, Ингэ, Жун Сюнь – эти люди друг за другом появлялись перед нашими глазами, словно подготовленная пьеса, словно нераспустившийся осенний цветок. Что-то вот-вот явно должно было произойти. Я следила за всем как завороженная, но не могла все логически сложить в одну картинку.

Черты лица Жун Сюня оставались столь же благородными и строгими, как во сне Ингэ. Движения его длинных пальцев, поднимавших чашу из лунцюаньского фарфора^[60], были изящны, словно строфы поэзии.

Я еще не нашла место, чтобы присесть, как вдруг услышала этажом ниже звуки драки. Я подняла глаза и увидела, как за бортом вздымались мутные волны высотой в чжан, а пассажиры в панике разбегались. Из воды выпрыгнули замаскированные убийцы в черном. Их клинки устремились к высокой фигуре девушки в фиолетовом на палубе.

Я уже видела, как Ингэ убивает людей, причем неоднократно, но я впервые вижу, чтобы она делала это, пользуясь длинным клинком. Узкая тень ее оружия взметалась и опускалась, стойка почти не менялась, но каждый удар был смертелен – это были те самые приемы, что использовал Жун Юань под цветущей вишней.

Синий нефрит на рукояти меча мерцал зеленым огнем в брызгах волн, что были похожи на распустившиеся белые цветы, контрастируя с алой кровью на шеях убитых людей, – поистине зловещая красота. Ингэ в своем фиолетовом одеянии спокойно стояла на носу судна, словно легкая вуаль, развевающаяся по ветру у борта. Кончик длинного клинка в ее руках опирался о палубу. Она убила шестерых, но на острие меча остался лишь незначительный след крови ее врагов. Сразу было видно: это хороший клинок.

Повсюду были лужи крови, но одежда ее оставалась идеально чиста, на ней не было и следа от прошедшего сражения. Вот так аккуратно и ловко она расправлялась с людьми. Поразительная техника.