Книга Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1, страница 160 – Тан Ци

— Каждый день – сто золотых. Допустим, посчитаем за полмесяца. Итого выходит полторы тысячи золотых. Отдашь деньги – я завтра же уберусь с глаз долой и не буду тебе надоедать.

Моя рука с кошельком замерла в рукаве, я с недоумением смотрела на него:

— Почему так дорого?

Он спокойно посмотрел на меня, так же сдержанно снова помахал веером и лениво произнес:

— Я, по сравнению с обычными телохранителями, не имею каких-то других особенностей, кроме одной – дорого обхожусь.

Мне казалось, я сейчас расплачусь от злости.

Этот вечер закончился тем, что я швырнула кошелек в голову Му Яня.

* * *

На следующий день я все же осознала, что мне стоит пойти и извиниться перед ним. Когда я оглядываюсь назад, то понимаю: было вполне нормально, что он считал меня неразумной и нелогичной. Он же не знает, что нравится мне. Это похоже на то, как если бы кто-то из официальных лиц поехал с начальником выполнять служебное поручение и в то время, когда нужно идти пешком, он вдруг захотел ехать верхом, да еще и на одной и той же лошади, при этом что-то бессвязно бормоча. Начальник не подумал бы ничего, кроме того, что этот человек, должно быть, с ума сошел и у него не все в порядке с головой.

Прежде я молила лишь об одном – чтобы Му Янь обернулся и взглянул на меня. Я жила с этой жалкой надеждой, забывая о скоротечности времени. Но вот наконец он становился все ближе ко мне, все ближе и ближе, но этого было уже недостаточно. Я хотела большего.

Я всегда отгоняла от себя эти мысли, но теперь, успокоившись и немного поразмыслив, с ужасом осознала всю их тяжесть. Мои чувства к Му Яню на самом деле не так чисты, как я себе представляла. Если же так будет продолжаться и дальше, все точно закончится плохо. Возможно, действительно стоит принять решение… Я запрокинула голову и закрыла глаза. Впервые всерьез задумалась о том, чтобы стать той, кто уйдет первой.

Не успела я до конца собраться с мыслями, как дверь в комнату распахнулась. Я замерла как статуя и смотрела на каменное лицо Му Яня, стоявшего в дверном проеме. Я начала рефлекторно:

— Добр…

Не закончив привычное приветствие, то ли от сильного волнения, то ли еще отчего-то, я прикусила язык…

В моих воспоминаниях образ Му Яня всегда представал элегантным и спокойным, я редко видела его с таким серьезным выражением лица, да еще и совершающим такие невежливые поступки, как вход в комнату без разрешения. Свиток с картиной лежал развернутым на его столе. Я вытянула шею, чтобы подсмотреть, и снова прикусила язык. Это была та самая картина, которую я нарисовала вчера для хозяина антикварной лавки.

Подняв взор, я посмотрела в окно: обвивая бамбуковую изгородь, распустилась прекрасными цветами ипомея^[80] вместе с кленовыми листьями. Му Янь сел за стол, его рука небрежно лежала на краю, взгляд был загадочным, а когда он посмотрел на меня, я прочла в его взгляде некоторое замешательство. Спустя мгновение он тихо рассмеялся, опустил глаза на пейзаж на столе и мягко произнес:

— Неплохо нарисовано, но впредь не пиши больше картины.

Мне стало любопытно.

— Как ты достал ее?

Му Янь решил уклониться от ответа:

— Ты, однако, неплохо заработала на ней. Суйюань не такой уж большой город, откуда у тебя вдруг взялось столько денег? Стоит немного поспрашивать, и всегда можно выяснить нужную тебе информацию.