Книга После развода. Наш сын не погиб, дракон!, страница 84 – Николетта Фэй

— Она забрала его, — выговаривает Селия. — Сказала, что выйдет через сад и вернёт, если дадут лошадь.

На её рубашке я замечаю свежее пятно крови.

— Кто с ней?

Селия вытирает щёку тыльной стороной ладони.

— Тот чиновник. Был. Я ударила его кувшином. Он лежит на кухне, его связали.

Служанка показывает окровавленную салфетку. Значит, Мариса осталась одна. Это не делает комнату безопаснее: женщине, потерявшей всё, больше незачем беречь свидетелей.

Из дальнего коридора доносится плач. Один короткий вдох, затем надрывный крик. Селия дёргается к двери.

Я удерживаю её за плечи.

— Если ворвёмся вместе, она испугается. Сначала покажите план дома.

На полу лежит дорожка с вытертым узором. Служанка проводит пальцем по цветам: гостиная, узкий проход к комнате отдыха, дверь в сад. Через кладовую можно выйти к заднему крыльцу, но Арден уже движется туда вдоль внешней стены.

— Я перекрою сад, — говорит он. — Лиана, жди, пока она увидит меня.

Я хочу возразить, что ждать с плачущим ребёнком за стеной невозможно. Потом вспоминаю Лео на руках Вальта и заставляю себя досчитать до десяти. Арден исчезает за углом дома.

Мы с Селией идём по коридору. Под её ночной рубашкой проступило свежее пятно. Ей нужно лечь, но женщина прижимает ладонь к животу и шагает дальше.

— На полке перед комнатой есть таз и кувшин, — шепчет она. — Я мыла там руки.

Я снимаю кувшин с полки и передаю ей.

— Возьмите воду. Держитесь за моей спиной.

Селия не берёт сосуд сразу.

— Это мой сын.

Я вкладываю горлышко кувшина ей в ладонь.

— Поэтому вы должны остаться на ногах, когда я передам его вам.

Она смотрит на меня с яростью. Я узнаю её слишком хорошо и не уговариваю отойти. Только показываю, как держать кувшин за горлышко, чтобы вода выплеснулась одним движением.

Мариса ждёт в комнате отдыха. Окно распахнуто в сад, однако снаружи уже стоит Арден. Он не входит. Узкий проём оставляет ему один шаг, а Мариса прижимает ребёнка к груди и держит нож у края пелёнки.

На ней всё ещё платье с разбирательства. Подол порван, один рукав мокрый. Мальчик кричит у её плеча, а она качает его привычным движением. От этого спокойного покачивания мне становится страшнее.

— Дайте экипаж, — говорит Мариса. — До западных ворот. Потом я оставлю его в церкви.

Ребёнок заходится криком у её плеча.

— Вы уже один раз оставили чужого ребёнка у себя, — отвечаю я. — Получилось плохо.

Нож приподнимается.

— Не приближайся.

Я останавливаюсь у порога. Селия дышит мне в затылок. Вода в кувшине тихо плещется, и Мариса переводит взгляд на звук.

— Уведите её, — требует она. — Я не стану говорить, пока она здесь.

Селия выходит из-за моего плеча настолько, чтобы Мариса увидела её лицо.

— Его нужно кормить, — произносит Селия. Голос дрожит, но слова слышны. — Он ел больше двух часов назад. Когда голодный, выгибается и захлёбывается криком. Вы держите слишком высоко.

Мариса невольно опускает ребёнка чуть ниже. Пальцы помнят уход за сыном, которого она потеряла. Этой памяти хватает на движение, но не на жалость к матери перед ней.

— Я знаю, как держать младенца.

Селия качает головой.

— Вы знали своего. Моего не знаете.

Крик срывается. Малыш запрокидывает голову, пелёнка сползает с плеча. Лезвие оказывается ближе к его шее.

Арден делает полшага из сада.