Книга Безупречная репутация, страница 134 – Марьяна Брай

— Главное — оправдать надежды, коими ты меня наделил в этих твоих сказках, — ответила я, впитывая его взгляд своим, задыхаясь от его запаха.

Приехав домой, я не смогла уснуть. До глубокой ночи я дорабатывала план проекта «Замуж за генерала». А потом принялась за бухгалтерию. Цифры выстраивались в стройные колонны. Рекламные взносы от модисток, мечтавших одеть невест, и рестораторов, желавших провести ужины, текли в нашу кассу уверенным ручейком. До момента полного триумфа и возврата долга по векселям оставалось собрать сущие копейки. Мы стояли на самом пороге свободы.

Наутро разносчик принёс письмо на плотной, пугающе дорогой бумаге, пахнущей ночной фиалкой. Вдова подполковника Слободянского, женщина, чье имя в Петербурге произносили едва ли не шепотом, сопровождая многозначительными взглядами, настаивала на немедленной встрече.

Я решила не заставлять ждать человека, который, по всей видимости, либо добавит мне проблем, либо, наоборот, облегчит жизнь. Среднего в этом мире дано не было.

Особняк вдовы на Каменном острове подавлял своим имперским величием. Гулкие мраморные лестницы, бесконечные анфилады залов, где каждый канделябр казался музейным экспонатом. Здесь не жили — здесь представляли вечность. Сама хозяйка, Елена Карловна, ждала меня в гостиной, залитой холодным зимним светом.

Даме было недалеко до шестидесяти , но время, казалось, пасовало перед её волей. Подтянутая, невероятно статная вдова казалась существом, сотканным из утреннего тумана и серебряных нитей, но с жестким остовом в характере, что читалось моментально. От неё исходил изумительно тонкий, едва уловимый аромат, который лишь подчеркивал её благородство.

— Проходите, Лизавета Платоновна, присаживайтесь, — её голос был низким, бархатистым и лишенным всякой суеты. Она указала на кресло красного дерева. — Я внимательно слежу за вашими... художествами в печати. А еще… я восхищаюсь вами, милая девушка. И даже… несколько завидую. У меня есть к вам разговор, который, полагаю, не терпит отлагательств. Выслушаете меня?

Я сидела на краю дивана, обитого лионским бархатом, и старалась не слишком явно рассматривать Елену Карловну. В голове роились вполне деловые мысли: «Хочет заказать рекламу своих благотворительных вечеров? Или, быть может, желает выкупить полосу под мемуары покойного подполковника?».

Я уже приготовила свою самую профессиональную улыбку и блокнот, когда вдова, изящно опустив фарфоровую чашку на столик, произнесла то, что заставило мой мир на мгновение замереть.

— Лизавета Платоновна, душа моя, давайте отбросим прелюдии. Я хочу, чтобы вы «отдали» генерала Почечуева мне.

Я так и застыла бы с открытым ртом, напоминая ту самую садовую скульптуру, которой недавно казался мне сам Аристарх Саввич, если бы Елена Карловна не рассыпалась мелким серебристым смешком. Её забавлял произведенный эффект.

А я... я даже слово «как» выговорить не смогла. В горле пересохло.

— Простите... отдать? — наконец выдавила я, чувствуя, как краска заливает щеки. — Но он ведь не вещь, не тираж газеты...

— Ой, полно вам! — вдова легко взмахнула рукой, и кольцо с крупным изумрудом полыхнуло зелёным огнем в полумраке гостиной. — Я прекрасно понимаю, что это за представление вы устроили в своей газете. Остроумно, дерзко, браво! И я очень хорошо знаю нашего драгоценного генерала. Нет-нет, лично мы не представлены, бог миловал до сего дня, но Петербург — большая деревня. Я изучила его досье вдоль и поперёк. В общем, я бы хотела выйти за него замуж. И готова участвовать во всех этих ваших конкурсах, если они будут. И даже в кулинарных поединках.