Книга Мой сводный зверь, страница 60 – Анна Владимирова

Казалось, что я уже не одна, и что вокруг кто-то суетится, слышатся крики, но я только сильнее обняла волка… и потеряла сознание.

Я вырвался из темноты и едва не оглох от воя приборов, окружавших со всех сторон.

— Эль…

Руслан. Я знал, что он рядом. Сначала запах учуял, а потом уже навел на друге резкость.

— Карина… — прохрипел и огляделся. — Где она…

Я лежал в светлой палате. За окнами — день и ненавистный город.

— В норме. А вот ты был на волосок… — Он нахмурился и вгляделся мне в лицо. — Девочку этот ублюдок забрал.

Я оцепенел от новости и стиснул зубы до боли. В этот момент в палату вошли врачи, но собственное состояние мало интересовало.

— Как? — потребовал я у Руслана, но тот посторонился, позволяя врачам подойти и осмотреть меня.

Они задавали вопросы, рассказывали о том, что меня пришлось оперировать, что пуля пробила кость… А я все крутил в памяти минуты, когда позволил человеку в себя выстрелить. Новое место, новые условия, непредсказуемость поворота событий… Все это привело меня в больницу. А Карина лишилась ребёнка.

Когда врачи вышли, Руслан уселся рядом на стул.

— Карина с дочерью пошли тебя искать. Дебров отобрал у неё ребёнка на стоянке. Это мне уже Тахир рассказал. С Кариной я ещё не говорил.

— Я слышал ее голос…

— Ты чудом жив. Вовремя обернулся.

Я прикрыл глаза, обессилено падая на подушки.

— А Карина тут?

— Тут. Отдыхает. — Руслан странно на меня посмотрел. — Когда ее нашли, она лежала в обнимку с тобой в звере. В отключке. Но не переживай, это не нервный срыв, — поспешил он объяснить, глядя на мою реакцию. — Да, она в шоке от произошедшего, но Дебров толкнул её, и она упала на ступеньки. В итоге легкое сотрясение. Врачам она говорит, что волк ей привиделся…

— Я хочу её увидеть, — нахмурился я.

— Тебе пока нельзя вставать, — отрезал Руслан. — Травма серьёзная, а ты себя прилично поистрепал, поэтому побереги. Тебе есть ради кого.

— Деброва не нашли, — констатировал я хмуро.

— Камер там нет. Карину я пока не просил ничего рассказать, следователя тоже ещё не подпускал к ней. — Он напряженно глянул на меня: — Пока работаем в человеческой системе. Но время уходит, ты сам понимаешь…

Представить, что сейчас творится с Кариной, невозможно. Если камер там нет, то привлечь Деброва по человеческим законам будет сложнее. В любом случае потребуется время. Пока что ничего не остается, как предоставить это дело человеческой системе — писать заявление, давать показания, требовать расследования… Ребёнка этим не вернуть. Пока Карина добьется возвращения дочери, та её уже забудет. А это значило, что пора ей все рассказывать. Только как? Как на неё ещё и это вывалить?

— Ты как тут оказался? — поинтересовался я у друга.

— Тахир позвонил.

Едва он ответил, в палату вошел отец. Наверное, таким я его ещё никогда не видел. За те часы, что мы не виделись, он будто постарел.

Застыл у кровати и, оглянувшись на Руслана, вернулся взглядом ко мне:

— У меня к тебе одно требование. Не просьба. Ты будешь лежать на больничной койке столько, сколько понадобится.

Я мрачно глянул на него из-под бровей.

— Я хочу видеть Карину.

— Схожу к ней, — поднялся Руслан.

— Как она? — потребовал я у отца, когда Рус вышел.

Он покачал головой:

— Нужно сказать ей. — Я только зубы сжал, а он продолжал: — Ты обернулся, спасая жизнь. Она обнимала тебя, когда я вас нашел.