Книга Сбежать от зверя, страница 27 – Анна Владимирова

— Я могу тебя связать так же, как ты меня, — ляпнула.

— Я не владею мужской техникой шибари.

— Откуда вообще такое умение? — поинтересовалась я, когда мы вышли на улицу.

Стемнело. Воздух пах сыростью и осенью, но дышать было легко.

— У меня была долгая и пустая жизнь, — улыбался он невесело, поглядывая на меня.

— Когда ты начнешь отвечать на вопросы, Тахир?

— Я искал острых ощущений, — нехотя повиновался он. — Недолго. Вышел из этого опыта вот с такими навыками.

— Применяешь их?

— Ну как видишь.

— Почему ты это сделал сегодня со мной?

— А ты как думаешь?

— Не знаю, — отвернулась я.

Раньше эту часть парка я проходила, казалось, за полчаса. Сейчас даже не поняла, как мы оказались на развилке. А Тахир неожиданно предложил руку и повел в сторону узкой плохо освещенной тропы.

— Ну а чувствуешь что?

— Хотелось запинать тебя.

— Но не запинала же.

— Сил не осталось.

— И на что ты их потратила?

— На эмоции. Много всяких эмоций и воспоминаний.

— Хорошо…

— Уверен? Кажется, нам не пошло на пользу.

— Но ты же идешь со мной за руку в какую-то темень. Вряд ли планируешь ногами запинать. А если вдруг да, то забери хотя бы вино у двери.

Я прыснула:

— Ага, так ты мне и дашь себя запинать!

— Я же не знаю твоих возможностей. Ты их как-то вяло демонстрируешь, но, уверен, еще удивишь.

— Мне кажется, ты все время смеешься над моими глупостями! — улыбнулась я шире.

— Нет, мне в последнее время не смешно.

— Но все же. Я для тебя ребенок.

— Нет, ты для меня — моя женщина. А еще ты почему-то думаешь, что тебя никто не воспринимает всерьез. Скажи мне — почему?

Я закусила губу, чувствуя, как взмокли пальцы в его ладони.

— За меня всегда все решали.

— Ты просто позволяла.

— Я просто всегда знала, что одна. И что кто угодно может сорвать с меня одежду и избить. Поэтому да, старалась пристроить свою задницу поближе к тому, кто обещал защитить.

— Тот твой спонсор, который продавал картины, предлагал защиту?

— Деньги, защиту, — пожала я плечами. — Меня все устраивало до определенного момента.

— Не хочешь рассказать мне, кто он?

Я только засопела напряженно, раздумывая. Если расскажу, с Тахира станется узнать обо мне все. Но если не расскажу, то он не будет знать, что в большой опасности вместе со мной.

— Иосиф Вальдман, — тихо произнесла, склоняясь к оборотню. — У него сеть автосалонов, но это все просто прикрытие другого бизнеса.

— Какого? — повернулся ко мне Тахир, подтаскивая к себе так, что я влипла в его грудь.

— Я не знаю точно.

Тахир прищурился недобро, но давить не стал:

— Ладно, разберемся.

— Я боюсь, что ты со мной в опасности.

— Ты сколько от него скрывалась? — не слушал меня он.

— Два месяца.

— А почему думаешь, что он все еще тебя ищет?

— Он сказал, что я никуда от него не денусь, — нехотя призналась.

— Понятно.

Тахир снова взял меня за руку и повел обратно.

— Что думаешь? — не выдержала я, когда впереди показалось здание клиники.

— Надо будет разнюхать.

— Может, не надо?

— А как?

— Свалить. Мне.

Он остановился, тяжело сглатывая, и повернулся ко мне:

— А мне что делать?

— Я не хочу, чтобы тебя у меня забрали, — серьезно посмотрела я в его глаза. — Лучше подальше от тебя, но знать, что тебе ничего не грозит.

— А теперь слушай меня, заинька моя, — хищно усмехнулся он. — Я теперь тут главный. Альфа-самец все же, не хухры-мухры… — Я прыснула смехом, но быстро пожухла под его серьезным взглядом. Шутки кончились. — Марина, бегать — не вариант. Я понимаю, что не всех на свете я сильнее, но сбежать — последнее дело. Тем более этому типу теперь путь к тебе заказан — ты больше не принадлежишь миру людей. Он, конечно, может попытаться испортить нам жизнь, но кончится это плохо. Для него. Волки очень злопамятны. Нас много, и своих самок людям никто не отдает.