Книга Обещанная медведю. Вернуть ведьму, страница 94 – Анна Владимирова

Оставшись один, я скользнул к входу и направился в дальний темный угол к неприметному столику. Но не успел опустить зад на стул, как мобильный пиликнул сообщением:

«Едь домой, опер. И спи спокойно. Я все сама сделаю».

«Может, обсудим, что ты сделать собираешься?»

«Не отвлекай!» – прислала мне русалка в ответ, поднялась со стула и кивнула Роварскому следовать за ней.

Я проследил за ними взглядом, сжимая зубы. Одна часть меня требовала все взять в свои руки. Если Сюзанна не справится с ним, он помчится к другу в институт. Чем больше я думал, тем четче понимал, почему этот идиот сидит один. Его отец, в отличие от сына, благоразумием не был обделен. Сдавать сейчас Славу институту – забыть про любые варианты смягчения приговора. А на них еще вполне можно было рассчитывать. Наверняка старший Роварский рвал и метал, услышав про идею Герхарда. Идиотизм злить медведя еще больше, а вместе с ним – главного инспектора. Но Герхарду благоразумие по наследству не перепало.

Другая часть держала зверя на поводке. Пусть делает, что хочет. Русалка не дура. Славку любит. Откуда только узнала, где Роварский? Но эти – скользкие твари. Везде связи, уши… А как они своих жертв выслеживают – в голове не укладывается.

Выждав достаточно времени, чтобы не пересечься на парковке, я вышел из отеля и направился к машине. И уже когда доехал в поселок и добрался до дома, сообщение пиликнуло на мобильном:

«Все».

Я постоял на крыльце, раздумывая, прежде чем ответить:

«Помощь в рыбалке нужна?»

«Смеешься?»

«Приглашаю. Завтра в шесть недалеко от места, где ты выныривала с шампанским».

«Привезу еще…»

Я вернулся к Славе в четыре утра, а в пять уже встал и направился к Дарьяру. Поляну перед домом заволокло легким кружевом тумана, но солнце быстро осаживало его на землю росой. Было тепло и тихо. Пожалуй, хватит с меня бессонных ночей. Эта была последней. Хорошо, Слава не просыпалась…

Я тихо стукнул в двери, но хозяин дома вышел не сразу.

— Ну, мы едем? – глянул на заспанного друга.

— Я думал, ты не поедешь, – хмуро прохрипел он. – Шлялся же опять всю ночь где-то.

— Я последний раз. Честно.

— Сейчас соберусь. Подожди. – Через десять минут мы уже были в машине. – Так где тебя носило? – поинтересовался Дар, выкручивая руль с в сторону дороги.

— Роварский вчера позвонил. Угрожал сдать Славу институту.

— Вот гнида! – выругался Дар.

— Не то слово…

— Ты что, прибил урода? – глянул он на меня, притормаживая на выезде.

Я только вздохнул, качая головой:

— Кажется, опоздал…

— В смысле?

— Вот и собираюсь выяснить… Давай на ближайшие мостки, где мы с тобой рыбалили летом.

— Ладно, – неуверенно согласился он. – С тобой сложно, Горький. Сам себе на уме.

— Есть такое. Но сейчас я просто не могу тебя впутывать. Потому что будет расследование.

— Вряд ли меня можно будет впутать.

— Можно. Потому что подозревать будут меня.

Мы замолчали в напряжении. Дорога до места заняла двадцать минут. Солнце только-только позолотило воду и коричневые головки рогоза. Дарьяр шел впереди вдоль зарослей, когда вдруг остановился, всматриваясь в заросли:

— На мостках кто-то…

— Это, должно быть, ко мне, – огорошил его.

— У тебя свидание тут? – удивленно прошептал он.

— Не могу тебе сказать большего, – глянул я серьезно в его глаза.