Книга Рабский ошейник, страница 52 – Юлия Буланова

Это был не первый акт агрессии, когда мне хотели отомстить за пережитую боль. Но тогда Кин сказал, что выкинет в космос живьём того, кто решится тронуть меня хоть пальцем, пираты присмирели.

Ристары легче переносили боль. Поэтому, наверное, Тэнгиру и Варду удалось переступить через естественную неприязнь перед тем, кто мучил их, не позволяя умереть. Но на станции были не только ристары. Среди взрослых их тут меньшинство. А дети… эффект Кайле. Странная закономерность. При основании нового поселения, у колонистов рождается в разы больше ристаров, чем обычно. Учёные говорят, что это эволюционный механизм, который даёт шанс колонии на выживание. Но я плохо разбираюсь в таком.

Вард Эндаро

Происходящее казалось мне бредом воспалённого воображения.

Как? Как это нападение стало возможным?

Почему произошло?

Ранвейг со своим препаратом спасла… она спасла огромное количество людей. Результаты лечения можно без преувеличения назвать настоящим медицинским чудом.

— Ране Асио, раниды вызывают приступы немотивированной агрессии? — спрашиваю с надеждой. За собой я такого не заметил, но вдруг у не-ристаров как-то по-другому?

— Нет, — зло рявкнул медик в ответ.

— А новый препарат? — я не желал сдаваться. — Вдруг, всё дело в нём?

— Ране Эндаро, — мой собеседник повернулся ко мне и посмотрел мне прямо в глаза. — Мир проще, чем нам бы хотелось. Я понимаю: вы ищите рациональное зерно в творящемся безумии. Но, скорее всего, нападавший решил, что доктор Истали виновата в смерти кого-то близкого ему. Думаю, этот человек погиб после первого этапа лечения. Или после второго. То есть перед смертью пациент пережил бессмысленные мучения. Не смотрите на меня так. Лично я бессмысленным их не считаю. Они давали человеку шанс. Не гарантию на излечение, а всего-навсего шанс. Но безболезненное лечение шансов пациентам не оставляло вовсе. Вы же являетесь первым запротоколированным излечившимся пациентом. Насколько это было больно?

— Терпимо.

— Вы преуменьшаете, как мне кажется, — ране Асио смерил меня насмешливым взглядом.

— Я не помню, — отчасти признаю его правоту. — Да, было больно, но всё словно в тумане.

— Защитная реакция. Но это лишь подтверждает моё утверждение. Мы склонны забывать, как раз, сильную боль. Вы, кстати, можете пойти и узнать о мотивах этого человека у него самого, а не изображать изваяние скорби. Ваша аэли в регенераторе. Там она в полной безопасности. Доступ к нам я уже закрыл. И без моего личного разрешения сюда не войдёт ни один человек.

И я решил послушать совета. С одной стороны, было немного страшно оставлять Ранни одну. С другой — хотелось разобраться в ситуации. Вдруг мститель там не один? А сейчас моей девочек, точно, никто не угрожает.

Что-то мне подсказывало: расследовать происшествие сейчас не будет никто. А нападавшего лишь запрут где-нибудь и всё. Допрос — дело хлопотное, долгое. Администрации поселения сейчас не до него.

Мои подозрения оказались недалеки от истины.

— Ли-ране, вы — заинтересованное лицо, — отрезал представитель оперативного штаба — ристар средних лет с короткими волосами.

— Шшат! Да! Более чем заинтересованное. Мне необходимо знвть: действовал он один или в составе группы? Ждать ли повторения? Мотивы его действий помогут нам понять, есть ли у него сообщники.