Книга Рабский ошейник, страница 78 – Юлия Буланова

Я кивнул. Кири, насколько мне известно, вообще не страдала от того, что для рождения детей чужой семьи был использован чужой материал. Наоборот. Считала, что поступила правильно.

— Ты не хочешь поработать лётным инструктором или ещё кем?

— А зачем? — от вороха информации, которая на меня выпала, я очень туго соображал.

— Так ты же у нас со всех сторон положительная личность?

— Где положат, так и буду лежать? — старая шутка времён учебы в академии вырвалась сама собой.

— Ну, примерно, — горько усмехнулся Таяр, но я заметил, как ледяная пустота началу уходить из его глаз. — А если серьёзно, ты сможешь стать авторитетной фигурой для студентов. Храбрый капитан. Первый, на ком опробовали революционное средство для борьбы с ранидами. Даже эту сыворотку в твою честь назвали.

— Первым пациентом был Тэнгир Асарди. Просто, тот протокол лечения не сохранился. А сыворотка названа в честь Ранвейг Эндаро. При чём тут я?

— Вот! Ты ещё скромный и благородный. То, что надо. Императрица считает, что после ледяного душа казней, тех, чья вина в убийствах девочек или истязаниях аэли была доказана, лучше использовать мягкую силу. Врубить пропагандистскую машину на максимум, дать детям и подросткам правильные примеры для подражания. Вард, это всего на пару лет.

— Если Ранни согласится туда вернуться, — выдвинул я главное условие.

— Ну, это само собой, — Таяр просиял улыбкой. Насквозь фальшивой. Теперь я это вижу. Так улыбалась Ранвейг, когда делала вид, что всё хорошо.

— Всё настолько плохо? — спрашиваю шепотом. Потому что мне страшно. Вдруг приятель ответит: «Да»? И что тогда? Что говорить? Что делать?

— Нет. Правда, нет. Я просто зверски устал.

Ранвейг Истали

Жизнь с Кири Акино первые три дня казалась мне сном.

Реальность плыла.

Я не понимала, как мне успеть за безумным темпом жизни этой семьи. Одна только Дагмар была способна свести меня с ума. Потому что была маленькая и невероятно шумная.

До этого у меня не было опыта общения с детьми. Меня не пускали к Лагерди и Данвену. Но, если честно, я общаться с ними не стремилась. Брат был младенцем, а сестра казалась противной и злой.

Нет, конечно, она не была на самом деле злой. Просто, отцу нравилось нас стравливать. Он радовался, когда его младшая злилась, видя меня и поощрял агрессивное поведение. Вот Лагерти и пыталась ущипнуть, укусить или ударить меня всякий раз, когда мы встречались.

А Тори ничего не делала, чтобы это прекратить. Тогда я думала, что сестра из-за неё так ведёт себя. Но теперь понимаю, что аэли моего отца просто пыталась выжить. А для этого ей нужно было как можно реже привлекать к себе внимание и никогда не перечить.

Поэтому невероятная общительность и дружелюбность Дари меня пугала.

— Она, просто, привыкла к незнакомым людям, — улыбается Кири, глядя, как её дочь висит у меня на шее. — Но если устанешь, спокойно спускай её на пол и иди отдыхать. Малышка найдёт, чем заняться.

— Ранни, играть! — требует девочка и я подчиняюсь. Это на самом деле очень успокаивает. За Дари можно спрятаться от страшного мира. А взамен нужно лишь играть, танцевать или смотреть анимационные фильмы. Её желания просты, понятны и совершенно безопасны.

— Мы через три дня летим на Рион, — Кири кажется этому факту рада. — Тебе там понравится. У нас большой дом. Но должна предупредить. Герана — моя свекровь, как бы это сказать?.. Она очень деятельная. И порой не видит границ. Особенно, если хочет помочь. Это не со зла. Хотя, временами и утомляет. Ты, главное, сразу скажи, что у тебя отношения с другом Таяра. А-то она в последнее время места себе не находит. Только и думает о том, как бы найти невесту своему «любимому старшему мальчику». «Любимый младший мальчик» пристроен, как и единственная доченька.