Книга Тайны каменных ворот, страница 65 – Тина Державина

Я спросила про Хартвина — он ведь откровенно желал ее. Ведьма отмахнулась, будто смахивая назойливую муху. По её словам, между ними невозможно ничего, кроме дружбы. Она не та, кого он ищет, и никогда не сможет дать ему то, чего он жаждет. В её голосе не было ни жалости, ни раздражения — только усталая определённость человека, который уже всё для себя решил. Хартвин для неё оставался другом, верным и преданным, но не больше. И она не позволяла себе даже думать о том, что могло бы быть иначе.

У судьбы свои причуды. Хартвин безусловно был влюблен в Марету — это читалось в каждом его взгляде, в каждом жесте. Она же, в свою очередь, была влюблена в Даена. А тот в своё время был занят совсем другим. Любил ли он её в ответ — оставалось загадкой. Никто не мог сказать наверняка, что творится в его голове, что скрывается за его маской безразличия.

Такая же сложная история разворачивалась у нас. Между мной и Дэмианом определённо существовала взаимная симпатия, взаимное влечение на физическом уровне — то, что невозможно отрицать. Каждая встреча оставляла след, каждое прикосновение зажигало искру. Но всё вокруг было против того, чтобы у нас что-то вышло. Мир будто сговорился: он не должен быть моим, а я — его. Слишком много преград. И тем не менее, когда я закрывала глаза, я видела только его.

Несмотря на нашу болтовню, время всё так же медленно тянулось. Отсутствие сна и монотонная дорога выматывали меня до предела. Ноги гудели, глаза слипались, но я заставляла себя идти.

Я украдкой взглянула на Даена, который всё это время шёл впереди, протаптывая для нас тропинку в глубоком снегу. Он выглядел уставшим, но шёл ровно, не сбавляя шага. Я перевела взгляд на девушку, приложила указательный палец к губам, требуя тишины. Она понимающе кивнула, в её глазах мелькнул озорной огонёк.

Я слепила из липкого снега шар и метнула его прямо в голову мужчины. Он резко развернулся — на его лице застыло выражение полного недоумения. Наш смех разорвал тишину .

Он покачал головой, слепил ответный шар и пульнул его в сторону ведьмы. Её глаза широко распахнулись в полном удивлении.

— Вообще-то это была не я! — возмутилась девушка, отряхивая снег с капюшона.

Некоторое время мы позволили себе побыть детьми. Мы резвились и бегали друг за другом, атакуя снежками и уворачиваясь от чужих атак. Смех разносился по снежной равнине, и этот миг позволил нам забыть о всех трудностях, которые настигли нас в последние дни. Мы согрелись, взбодрились и почувствовали себя почти счастливыми.

Успокоившись, уже с хорошим настроением мы бодро зашагали дальше. Через некоторое время впереди показался лес — густой, тёмный, с ветвями, которые клонились к земле под тяжестью снега. А над кронами деревьев мы заметили дым, поднимающийся из труб второго поселения.

— Насколько добрыми окажутся люди, живущие в лесу, окружённом снегом и ветром? — спросила я, обращаясь к Даену.

Он остановился, окинул взглядом приближающийся лес и покачал головой.

— Я сомневаюсь, что хоть кто-то в этом лесу будет добрым, — он звучал мрачно .

— Не слишком обнадёживающе, — Марета вздохнула и натянула капюшон глубже, пряча лицо от ветра.

Я тоже поправила свой плащ, чувствуя, как холод пробирается под одежду. Лес казался живым — его тени двигались, ветви шептали что-то на своём древнем языке. Я чувствовала, что за нами наблюдают. Но кто это был — люди или что-то другое, — я не знала.