Книга Чужие среди своих, страница 65 – Lost In Space

— Докладывай, Михалыч. Только без лирики. Время — наш главный враг, — сухо приказал капитан, не сводя глаз с радаров.

— Лирика кончилась, командир, — голос механика стал мрачным. — Внутренний погрузочный шлюз двигательного отсека заклинило. Когда Макс пристыковался, нас нехило тряхнуло от попадания плазмы. Перекосило направляющие балки. Мы не можем протащить гиперкатушки из ангара к реактору изнутри. Они просто не пролезут. Зазор — минус пятнадцать сантиметров. Чтобы разрезать переборки лазером и расширить проход, нам понадобится часов пять, не меньше.

На мостике повисла гробовая тишина. Я стиснул зубы. Все наши усилия, весь этот адский план летел в тартарары из-за какой-то погнутой железки.

— Варианты? — ледяным тоном спросил Воронов.

— Вариант один, капитан, — Михалыч тяжело вздохнул, и в этом вздохе слышалась обреченность. — Тащить их снаружи. Вывести катушки через внешний грузовой шлюз ангара прямо в открытый космос, протащить на магнитных тросах по внешней обшивке до кормы и вставить в гиперпривод через внешние сервисные люки. Там направляющие не повреждены.

— Ты в своем уме, стармех?! — вмешался лейтенант Завьялов, чье бледное лицо появилось в углу экрана. — Мы в эпицентре ионной бури! По нам стреляют! На радарах еще две эскадрильи перехватчиков, а к краю туманности уже подходит ударный крейсер ксаарианцев. Если мы снимем щиты для сервисных работ на корме, нас изрешетят в дуршлаг! А твоих людей просто сдует в космос взрывной волной или поджарит плазмой!

— А если мы этого не сделаем, нас распылят на атомы прямо здесь! — рявкнул Михалыч, теряя терпение. — У нас нет выбора, Завьялов! Либо мы сидим и ждем смерти, либо рискуем и получаем шанс. Капитан, мне нужны добровольцы. Четверо крепких парней. И мне нужно, чтобы ты, командир, танцевал на этом крейсере так, как никогда в жизни не танцевал. Ты должен прикрывать нас корпусом от огня. Я не смогу работать под прямым обстрелом.

Воронов молчал несколько секунд. Его лицо было непроницаемым, но я знал, о чем он думает. Он взвешивал шансы. Шансы, которые стремились к нулю. Полевой ремонт в открытом космосе, под перекрестным огнем превосходящих сил противника — это самоубийство. Но это был единственный путь.

— Добро, Михалыч, — наконец произнес капитан. — Готовь людей и скафандры. Выходим через десять минут. Макс, ты на мостик. Мне нужен человек, который понимает тактику ксаарианцев.

— Принято, — ответил я, игнорируя протестующий взгляд Дока. Я накинул на плечи форменную куртку поверх бандажей и, прихрамывая, направился к лифту.

Когда я добрался до мостика, там уже царил контролируемый хаос. Завьялов выкрикивал координаты, операторы орудийных систем перенастраивали зенитные турели. Обзорный экран показывал клубящуюся фиолетовую мглу ионной туманности, сквозь которую периодически прорывались вспышки вражеских выстрелов.

— Как обстановка? — спросил я, занимая место за тактической консолью рядом с капитаном.

— Паршиво, — коротко ответил Воронов. — Первая волна перехватчиков отступила, но они вызвали подкрепление. Сканеры засекли тяжелый крейсер класса «Каратель». Он не рискнет лезть в гущу туманности, но вышлет бомбардировщики. Их цель — уничтожить наши двигатели окончательно. Если Михалыч не управится за полчаса, мы трупы.