Книга Золотые погоны, ржавые дюзы, страница 104 – Lost In Space

Мы нашли величайшую тайну во Вселенной. Станция «Омега». Место, где спят секреты Предтеч, расы создателей, чьи технологии способны перевернуть ход тысячелетней войны. Ради этой крупицы данных ксаарианцы сжигали планеты. И теперь она была у нас. У «грязных обезьян» с Терры, которых высшая раса считала генетическим мусором.

Но обладать картой — еще не значит добраться до сокровища.

Ключ был зашифрован. Многослойный криптографический код требовал вычислительных мощностей, которых не было не то что на старом «Аскольде», но и, возможно, во всем штабе Земного Командования. И, словно этого было мало, наш корабль представлял собой едва живой кусок металла. Михалыч творил чудеса в машинном отделении, но даже он не мог нарушить законы физики. Нам нужны были детали для гиперпривода, новые катушки, охладители и эмиттеры дефлекторных щитов. Без них мы не могли не то что долететь до Омеги — мы не могли даже вернуться домой.

Выход был только один. И он находился в соседнем секторе.

Сектор Фэрра-4. Секретный логистический хаб и научная верфь ксаарианцев. Место, где ремонтировались их тяжелые крейсера и где стояли квантовые суперкомпьютеры класса «Сингулярность». Там было всё: нужные нам запчасти и мощности для дешифровки второго слоя Ключа.

Там же была и смерть, если мой план провалится.

Я поднялся с койки и подошел к зеркалу, закрепленному на переборке.

Из отражения на меня смотрел уставший, осунувшийся парень. Под глазами залегли глубокие тени, на щеке краснела свежая ссадина, волосы были всклокочены. Человек. Несовершенный, хрупкий, полный изъянов.

Рядом, на столешнице, лежал предмет, который должен был стать моим пропуском в логово врага.

Трофейная броня командора Эл-Тариса. Идеально подогнанная Михалычем, отмытая от крови и грязи, с заделанными полимером пробоинами. И его шлем. Гладкий, перламутровый, лишенный визора — ксаарианцы видели мир через систему нейроинтерфейса и внешних сенсоров.

Я вспомнил плененного командора в четвертом трюме. Его сломленный взгляд, когда он узнал, что мы — генетические родственники. Что Предтечи, их боги, признали истинными наследниками не идеальных, выращенных в стерильных условиях аристократов Ксаара, а нас, прошедших через горнило естественного отбора землян. Эл-Тарис был уничтожен морально. Он отдал нам свои пароли, свои биометрические слепки, свои привычки не из-за пыток, а из-за глубочайшего, парализующего отчаяния. Его вселенная рухнула.

А моя только начинала обретать истинные масштабы.

Я протянул руку и открыл небольшую коробочку, которую оставил для меня Док. Внутри лежал театральный грим, тональные кремы и специальные контактные линзы.

Пора.

Я набрал на пальцы светлую массу и начал втирать ее в кожу. Движения были медленными, размеренными. Лицо в зеркале менялось. Загар, полученный на тренировочных полигонах, скрывался под слоем неестественной, алебастровой бледности. Черты становились резче, холоднее. Я наложил тени, сглаживая человеческую мимику, убирая те мелкие несовершенства, которые делают нас живыми.

Затем я взял пинцет и осторожно вставил контактные линзы. Глаза заслезились, но через секунду дискомфорт прошел. Я моргнул. Из зеркала на меня смотрели чужие глаза. Без зрачков, залитые сплошным мерцающим бледно-голубым светом. Взгляд стал пронзительным, высокомерным, пустым.