Книга Золотые погоны, ржавые дюзы, страница 44 – Lost In Space

— Получай,! — прорычал Воронов. Он не стал бить врага кулаком — это сломало бы ему руку. Вместо этого капитан развернулся на здоровой ноге и нанес страшный, сокрушительный удар своей стальной киберконечностью.

Удар пришелся точно под колено ксаарианца, в единственное место, где броня имела хоть какое-то сочленение.

Раздался хруст. Программируемая материя попыталась затвердеть, но сила кинетического удара была слишком велика. Штурмовик издал нечеловеческий, полный боли и удивления вопль, который пробился даже сквозь внешние динамики его шлема, и рухнул на одно колено.

— Чехов, уходим! — крикнул Воронов, хватая меня за воротник и увлекая за собой в боковой проход.

Мы нырнули в темноту как раз в тот момент, когда первый ксаарианец, тот самый, что споткнулся о провод, наконец заставил свою броню разблокироваться. Он с трудом поднялся, возвышаясь над полом, как разъяренный демон. Его излучатель вспыхнул ослепительным светом, и то место, где мы стояли секунду назад, превратилось в лужу кипящего металлопласта.

Мы бежали по узким, петляющим техническим туннелям, слыша за спиной разъяренные крики чужаков на их певучем, птичьем языке. В их голосах больше не было высокомерия. Там была ярость. Они поняли, что их не просто атакуют. Их унижают.

— Минус один! — тяжело дыша, на бегу крикнул я. — Капитан, это сработало! Мы завалили тяжелого пехотинца подножкой и горстью песка! Мои преподаватели по тактике сделали бы харакири, если бы это увидели!

— Забудь Академию, парень! — усмехнулся Воронов, вытирая пот со лба. — В Диком Космосе выживает не тот, у кого круче щиты, а тот, кто умеет вовремя бросить грязь в глаза!

Мы выскочили в огромный круглый зал. Пол здесь был прозрачным, а под ним, на невообразимой глубине, вращались гигантские маховики механизмов Предтеч. Зал пересекало несколько узких, не имеющих перил мостиков.

Сзади раздался звук плавящегося металла. Ксаарианцы не стали искать обходной путь — они просто прожгли стену туннеля, вырвавшись в зал следом за нами. Их было уже шестеро. Видимо, к передовому дозору подоспело подкрепление.

Впереди всех, окутанный мерцающим черным силовым полем, летел командор Эл-Тарис.

— Жалкие приматы! — его голос, усиленный аппаратурой, громом разнесся по залу, перекрывая гул древних машин. — Вы думаете, ваши примитивные фокусы спасут вас?! Я раздавлю вас, как насекомых!

— Бежим к центральному мосту! — скомандовал Воронов.

Мы рванули по узкой полоске матового материала, висящей над бездной. Ксаарианцы устремились следом. Они больше не прятались, не пытались выстроить боевой порядок. Эмоции, которые они так презирали, взяли верх над их хваленой логикой. Они хотели нашей крови.

— Капитан, мы на открытом пространстве! — крикнул я, видя, как за спиной Эл-Тариса штурмовики вскидывают свои излучатели. — Здесь нет углов, чтобы спрятаться! Они расстреляют нас в спину!

— Не расстреляют! — рявкнул Воронов. Он резко остановился на самой середине моста, развернулся и поднял свой плазмомет.

Но он целился не в бегущих ксаарианцев.

Капитан направил ствол оружия вертикально вверх, в сводчатый потолок, где виднелись массивные крепления, удерживающие огромную, светящуюся сферу — один из осветительных приборов станции, размером с хороший орбитальный челнок.