Книга Раб, страница 92 – Полина Ром, Дмитрий Лим

К вечеру третьего дня вдали показалось зарево костров. По мере приближения мы стали различать очертания шатров, телег и людей. Ярмарка располагалась посреди огромного поля, превратившегося в бурлящий муравейник.

Нас выгрузили из телег и повели на место, где, как я понял, будет располагаться наш лагерь. На импровизированной площадке возвышался один столб с непонятным лоскутом ткани серого цвета. Шатёр ставили мы, под командованием Хорма.

Чуть позднее, когда ормы принялись развьючивать товар, а рабам приказали помогать, я с интересом осмотрел ткань. Это был в некотором роде флаг. Правда, весьма корявый. На сером фоне чёрными нитями был вышит перевёрнутый треугольник, значение которого осталось для меня непонятным. Раньше я такого знака в стойбище не замечал.

Я таскал тюки с шерстью, стараясь не обращать внимания на некоторую разбитость после тряски в телеге. Краем глаза следил за происходящим вокруг, пытаясь запомнить расположение шатров, проходы и выходы. Информация, как известно, — лучший способ выжить. Боюсь только, что её слишком мало. Один из рабов помоложе, тяжело дыша, перекладывал мешки с зерном. По его лицу тёк пот, и я испытал мимолётное чувство жалости: он все три дня шёл пешком, и наверняка сейчас у него дико болят ноги.

Пока я перетаскивал тюки, до моих ушей доносились обрывки разговора между Походным Вождём и Гротом. Они стояли поодаль, возле шатра, и что-то оживлённо обсуждали.

— Торговать нужно завтра! — горячился Грот, смахивая пот со лба. — С утра, как только последние южане и торговцы из больших деревень уберутся восвояси. Иначе нам тут ловить нечего!

Походный Вождь мрачно кивнул, почёсывая переносицу.

— Верно говоришь. На их фоне наши тряпки и горшки никому не нужны. Только время потеряем.

— Да и цены они ломят, — добавил Грот, сплёвывая на землю. — Сегодня нам лучше передохнуть, всё равно они все цены посбивали и всегда забирают лучшее. Завтра уедут, тогда и начнём.

— Значит, решено. Торгуем с утра, — подытожил Вождь, хлопнув Грота по плечу. — Разбудим всех на заре.

Я старался не подавать виду, что слушаю их, но каждое слово врезалось в память. Южане, торговцы из больших деревень… Значит, на ярмарке есть и те, и другие, хотя я слышал, что южан прогнали… В общем, наши ормы им не конкуренты, точнее — наша деревня.

Уже совсем стемнело, когда работа была окончена. Уставшие и измученные, мы с Норком примостились на краю шатра, пытаясь укрыться от пронизывающего ветра. Нам выдали по куску чёрствой лепёшки и один кувшин воды на всех. Норк молча жевал, глядя в огонь костра.

Меня же обуревали мысли о завтрашнем дне. Завтра утром начнутся торги. И, возможно, завтра же решится не только судьба старика, но и у меня появится шанс. Может — увижу путь к побегу, может — узнаю что-то достаточно важное, чтобы изменить свою судьбу.

* * *

Наступило утро торгов. Ярмарка ожила с новой силой, заполнившись голосами торговцев, смехом и руганью покупателей. Торговцы торопливо выкладывали свой товар, стараясь привлечь внимание покупателей.

Ярмарка гудела, дышала жаром костров, криками зазывал и отвратными песнями бродячих музыкантов. Десятки окрестных деревень, словно реки, слились в этот многоголосый поток, принеся свои товары, новости и сплетни.