Книга Враг тайный, страница 127 – Александр Гулевич

Скрипнув зубами, Алексей поднял стволы, и тут неожиданно в прицеле показалось брюхо истребителя; он, не раздумывая, нажал на спусковой крючок. «Хокер» скрылся за облаками, но спустя минуту Алексей увидел, как окутанная ярким пламенем изящная машина стала падать камнем вниз. Но радовался он недолго, второй истребитель, находясь где-то снизу, прошелся точной очередью по второму двигателю, и он также выпустил клубы черного дыма. Капитан, прилагая неимоверные усилия, удерживал машину от сваливания в штопор, но скорость снижения увеличилась резко. Взглянув вниз, Алексей ощутил холодок в груди, они все еще летели над городской застройкой, хотя до окраины оставалось не так уж далеко, но скорость падала, и еще неизвестно, хватит ли высоты, чтобы долететь до степи. Падать на жилые дома было гарантированной смертью.

Продолжая материться сквозь зубы, Алексей, чтобы снять напряжение, активно стал водить спаркой из стороны в сторону, и в какой-то момент второй «хокер» попал ему в прицел, и он выпустил в него длинную очередь. Истребитель, резко перевернувшись, рухнул на довольно большую площадку возле трамвайного кольца, но никакой радости не было, их самолет летел, едва не касаясь крыльями крыш многоэтажных домов. С замиранием сердца они наблюдали, как близко проносятся внизу черепичные крыши и земля. До самой окраины оставалось примерно две сотни метров, места эти Алексей узнавал, здесь он бывал. Додумать свою мысль он не успел, по фюзеляжу застучали пули. Взглянув, откуда ведется огонь, он увидел въезжающие на площадь бронеавтомобили, а за ними следом двигались грузовики с пехотой и артиллерией. Сплюнув с досады, он выпустил всю ленту по броневикам, отчего сразу несколько бронеавтомобилей встали и задымились. Быстро сменив ленту, он перенес огонь на грузовики с пехотой и продолжал стрелять, пока они не скрылись за черепичными крышами.

— Командир, что там? – послышался вопль капитана, с огромным трудом удерживавшего тяжелый самолет. Алексей сразу не ответил, орать совсем не хотелось, и он сполз с сиденья бортстрелка и, перебравшись в кабину пилота, взглянул на него, хмыкнув, ответил:

— Уж не знаю, как оно так получилось, но «хокеры» я сбил, да и несколько бронеавтомобилей вывел из строя, и пехоту маленько проредил, все же крупнокалиберный авиационный пулемет – дело серьезное. Ты, главное, нас при посадке не угробь, хотя конечно, вырваться-то мы, считай, что вырвались, но недалеко, за нами следом скорей всего на бронеавтомобилях бросятся. Так что сразу бежать надо и как можно дальше, места я эти хорошо знаю, тут недалече мое родовое имение есть, хотя я там довольно давно не был. Сколько еще машина сможет пролететь?

— Точно не скажу, где-то метров триста или четыреста, но не больше, и так я уже выжал из пташки все, что было в моих силах, но в любом случае посадка будет жесткая, сядем на брюхо, – ответил капитан, лицо которого истекало потом. Понимающе кивнув, Алексей поудобнее устроился в кресле штурмана и, пристегнув себя к нему ремнем, сгруппировался в ожидании жесткой посадки. Через пару минут она произошла. Самолет сильно стало трясти, да так, что Алексея несколько раз приложило, отчего искры из глаз посыпались, а потом лопнуло бронестекло, и его осыпало с ног до головы битым крошевом. Самолет остановился, и Алексей, придя в себя, стряхнул битое стекло и ощупал голову, и вдруг ощутил что-то липкое на своей голове. Посмотрев на ладони, оказавшиеся в крови, он отстегнул ремень и, подхватив свой рюкзак, с трудом поднявшись с кресла, помог выбраться из кабины капитану. Помогая друг другу, они вместе выбрались из самолета и, прихрамывая, стали от него удаляться.