Книга В его власти, страница 20 – Дина Данич

— Ну что ж… - произносит он, и я понимаю - дальше будет плохо. Поэтому делаю то, что обычно неплохо срабатывает - перевожу тему:

— Ты с Ларисой сговорился, да?

Это срабатывает. Терехов переключается.

— Какой еще, блядь, Ларисой?

— Той самой. Попросил ее заманить сюда, чтобы отыграться за то, что я поступила по совести! Если бы не ее звонок и просьба помочь, я бы не поперлась в эту чертову глушь! И не оказалась бы в этой сторожке посреди леса!

— Побольше уважения к дому, в котором ты еще не сдохла только благодаря моей доброте! - рявкает Семен. - Папина избалованная сучка!

— Не смей вякать про моего отца!

— А то что? - кривится он. - Снова попытаешься украсть телефон? Побежишь голая в лес? Так вперед - я даже дверь открою. А когда приползешь обратно, отработаешь. По полной. За ту совесть, которая у тебя якобы есть.

— Уж не тебе про совесть заводить речь, - возмущаюсь. - Ты - преступник и должен быть за решеткой. А то, что ты торчишь тут, лишь доказывает, что я все сделала правильно! Такие, как ты, не должны…

Я не успеваю договорить - хозяин дома оказывается рядом слишком быстро и слишком незаметно для меня. Как это ему удается с такой комплекцией, для меня настоящая загадка. Но вот я уже хрипло сиплю и пытаюсь вдохнуть, пока его огромная ручища сдавливает мое горло, а сам Терехов настолько близко ко мне, что становится опасно.

— Твой грязный язык, детка, отлично справляется с другими делами. Вот ими и займись. А про честь и совесть не тебе, продажной сучке, базарить. На колени и открывай рот.

Он отпускает меня и недвусмысленно давит мне на плечи.

— Откушу! - выплевываю, тяжело дыша. - Заставишь - откушу на хер твой член! Понял?!

Вместо очередной угрозы Семен накидывается на меня с диким поцелуем. Хотя это скорее секс через рот. Его язык действует настолько нагло и бескомпромиссно, что мне остается только сдавать позиции и позволять ему все.

Я не должна возбуждаться от этого. Не должна. Господи, видела бы меня моя мама… Чтобы она подумала, узнав, что ее дочери нравится такое?

Между тем Терехов подхватывает меня под бедра. Вжимает в стену. Его стояк упирается мне в промежность и вызывает тем самым неконтролируемый стон.

— Блудливая кошка, - рычит он, перемежая поцелуи с укусами.

— Похотливый кобель, - не остаюсь в долгу и я.

На мгновение он замирает, смотрит мне в глаза каким-то особенным взглядом. Словно на этот краткий миг между нами вдруг становится неважно прошлое, неважно будущее. Есть только здесь и сейчас.

— Выебу ведь. Довела, - зачем-то говорит Семен. И продолжает просто смотреть.

— Как удобно спихнуть всю ответственность на даму, - похоже, мой язык все же живет своей собственной жизнью. Иначе как объяснить мою дерзость?

— Ну, почему же… - Терехов медленно проводит языком по моей скуле, прикусывает нижнюю губу, медленно вторгается в мой рот и целует.

Совершенно иначе. Правда, длится это совсем не долго. И снова все возвращается к жестким ласкам.

— Доигралась ты, принцесска, - хрипло усмехается. - Теперь готовься.

Секс с Воронцовой хуже наркотика. Отрава, которая проникла, кажется, в каждую клеточку. И хер знает, как ее оттуда выкуривать теперь.

Ведь не собирался, а…

Едва спадает морок похоти, подхватываю одежду и сваливаю, забрав коробку со спутниковым телефоном на улицу. Там поговорю.