Книга Два лица смерти, страница 26 – Эжен Марсэль

Пока шел к школе, я не встретил ни единой души. Всего пара машин проехали мимо по шоссе, но я уже спустился по тропинке к реке, а она не просматривается с дороги. Самое сложное — обойти школу так, чтобы не нарваться ни на кого из учителей или учеников. Несколько раз я был на грани провала, но в итоге мне удалось занять позицию за кустом около мусорного бака. Воняло нещадно, но выбранное местоположение позволяло наблюдать за площадкой, при этом оставаясь невидимкой.

Пока сидел в засаде, я кого только не увидел: и абсолютно пьяную отличницу, без зазрения совести опустошающую желудок рядом с мусоркой, и королеву бала Тессу (она, как и следовало ожидать, победила в гонке за корону), раскуривающую сигарету, и страстно целующуюся с физруком, пока выпускники топчутся в медленном танце, училку по английской литературе. Лишь тот, кого я ждал, не торопился с визитом.

Выпускной подходил к концу. Я уже решил, что сегодня не судьба отомстить, но тут на площадку вывалилась футбольная команда почти в полном составе во главе с Питером. Они громко ржали, пили из бутылки виски и обсуждали мою сестру. В этот момент я за малым не сорвался. Безумная мысль выйти и пробить им головы чуть не разрушила мои планы. Я с трудом сдержался и продолжил наблюдать за сворой мерзавцев, потешающихся над позором Авы. Из их пьяной болтовни я понял, что Андерсон не просто оскорбил сестру, он еще и растрепал всем о совершенном «подвиге».

— Гнусный ублюдок, — прошептал я, сжимая биту. — Недолго осталось тебе ухмыляться. Это последнее унижение, которое ты смог нанести кому-либо.

Наконец бутылка опустела, и футбольные царьки засобирались обратно в танцевальный зал. Я ощутил холодок и покалывания в области сердца — мне до сих пор не представилась возможность свести счеты. Шансы выстоять против восьмерых горилл равны нулю. Тогда я взмолился: «Если кто-нибудь меня слышит — Бог, черт, ангелы или сам дьявол, — помогите мне совершить возмездие!»

Видимо, мои слова дошли до высших сил. Когда почти все ушли с площадки, Питер крикнул им вслед:

— Я пойду отолью в кусты — неохота тащиться в сортир через зал на глазах у всех!

— Окей, — ответил ему, по-моему, Джонсон. — Догонишь тогда, а то всех хорошеньких телочек разберут. Останутся такие уродины, что даже эта Твинн покажется тебе королевой красоты.

— Да пошел ты! У меня есть уже королева!

— Которая тебя знать не хочет, — заржал другой придурок.

— Она просто для вида ломается, понял меня, ублюдок?! — со злостью проорал Андерсон.

— Поцелуй меня в зад! — сказал напоследок один из дегенератов и скрылся за дверью.

Я замер и вскоре услышал, как Питер продирается через кусты, матерясь сквозь зубы, совсем рядом, буквально в пяти метрах. От предвкушения близости расплаты кровь бросилась мне в лицо и вена на шее запульсировала в бешеном танце. Я не чувствовал страха, лишь радостное возбуждение. До меня донесся звук расстегивающейся ширинки, и я понял: сейчас или никогда. Я надел маску и, сжав обеими руками биту, начал подкрадываться к жертве. Мне оставалась всего пара шагов, когда я случайно наступил на сухую ветку. В тишине, разбавляемой только характерным журчанием, хруст прозвучал как выстрел. Андерсон повернулся и увидел меня в маскарадном костюме с битой в руках.