Книга Да, господин депутат, страница 62 – Роман Путилов

— Надеюсь, ты ему правда, руку оторвала… — я покачал головой: — Завтра поедешь, покажешь их?

— Паша, да я вообще этих парней не помню. Просто типичные азиаты, я даже не знаю, какой они национальности, а машина была «Копейкой», красной, ржавой понизу, на черных номерах. Я вроде бы цифры запомнила. Но пока оттуда удирала, то все забыла.

— Ничего страшного, солнышко, мы их найдем и накажем, не волнуйся.

Окрестности деревни Журавлевки.

Сотрудники милиции частенько встают рано. Если ты хочешь кого-то поймать, то домой к жулику надо приезжать часов в шесть, не позже. С вечера я не стал никого дергать, да и телефоны были не у всех, а утром, в половине седьмого утра небольшая колонна машин уже ждала меня у здания Левобережного РУВД.

— Мужики, сегодня в другом месте поработаем. — я оттолкнул сунувшегося в дверь Демона, которому не терпелось выскочить на улицу, махнул рукой, приглашая двигаться за моей машиной и неторопливо покатился на своем джипе в сторону улицы Перонной. Говорят, что эту улицу создали по указанию Лучшего Друга Советских Детей в далеком 1929 году, когда он прибыл в небольшой сибирский городок и провел здесь совещание о развитии в центре Сибири, на основной стальной магистрали, пронизывающей всю страну с Запада на Восток, тылового промышленного района. Еще несколько лет назад по этой прямой, как стрела, улице, почти круглосуточно, сновали колонны троллейбусов, доставляя на заводы, в три смены, десятки тысяч рабочих, а теперь здесь лишь тоска да запустение. Наша колонна промчались по полупустой улице до самого конца города, проскочила кольцо между лекарственным заводом и троллейбусным парком и резко сбавила скорость — Город кончился, как и дорога, превратившаяся в направление. В десятке километров впереди ввинтился в небо огромный пассажирский авиалайнер, там располагался городской аэропорт, вот только дорога до воздушной гавани города идет в обход, раскинувшихся перед нами, безлюдных и заснеженных болот. Через пару лет здесь начнут прокладывать современную трассу на запад и тогда, мои дома в Журавлевке обретут настоящую рыночную стоимость, многократно отбив все затраты на их покупку и содержание, а пока мне надо разобраться с нерадивыми арендаторами, что, как дикие звери, кусают руку дающего.

— И кого мы здесь дождемся? — скептически заметил Николай Небогатов, вылезая из служебного автомобиля на перекрестке заснеженных дорог. Причем, если в сторону городка Река кто-то ездит, то со стороны Журавлевки свежие следы отсутствуют: — Или у тебя Паша информация есть?

— Есть. — я дождался, когда все члены моей команды вылезли из машин, чтобы размять ноги: — Через два километра отсюда находиться Богом забытая деревня, называется Журавлевка. Так получилось, что половина домов в ней принадлежит мне, а в дома эти, чтобы они не разрушались, я заселил несколько семей мигрантов из одной из стран Содружества. Вчера Ирина, почти все из вас ее знают, сдуру, не сказав мне, поехала в Журавлевку, получить задолженность за несколько месяцев. Врать не буду, моими деньгами занимается моя будущая жена, а я только заглядываю в тумбочку…

Я дождался, когда затихли шуточки по этому поводу и продолжил:

— Старший этого кишлака Ирину грубо послал, а на обратном пути ее машину зажали старыми красными «жигулями» трое южан и попытались вытащить из машины. Она укусила главного урода за руку и, протаранив красный «жигуленок», вырвалась на трассу и уехала. Я хочу разобраться с этим вопросом. Сейчас из поселка поедут или пойдут мужики, мы их здесь примем и повяжем, а потом поедем в деревню, и я пообщаюсь со старшим.