Книга Фальшивый муж на неделю, страница 30 – Ника Светлова

Она под­миг­ну­ла, и я за­сме­я­лась, са­ма не зная от че­го — от сму­ще­ния или от сча­стья.

— Мы по­ду­ма­ем, — по­обе­ща­ла я.

— Ду­май­те быст­рее, — по­со­ве­то­ва­ла она. — Вам обо­им дав­но по­ра съе­хать­ся. И Гам­ле­ту ва­ше­му ну­жен про­стор. Он, бед­ня­га, за­слу­жил от­дель­ную ком­на­ту по­сле все­го, что вы с ним пе­ре­жи­ли.

Позд­но но­чью мы вер­ну­лись до­мой. В на­шу ста­рую квар­ти­ру с кар­тон­ны­ми сте­на­ми, где пах­ло ко­фе и ак­ри­лом. Гам­лет спал на крес­ле, рас­ки­нув ла­пы. Марк си­дел на по­лу, при­сло­нив­шись спи­ной к ди­ва­ну, и вер­тел в ру­ках те­ат­раль­ную про­грамм­ку.

— Я сде­лал это, — ска­зал он ти­хо. — Я прав­да сде­лал это.

— Ты сде­лал это, — под­твер­ди­ла я, са­дясь ря­дом на пол. — И зал пла­кал. Я же го­во­ри­ла.

— Ты все­гда пра­ва, — он по­вер­нул­ся ко мне. — Слу­шай, Ясе­не­ва. У ме­ня есть пред­ло­же­ние.

— Опять де­ло­вое? — я изо­гну­ла бровь. — Три­ста пять­де­сят ты­сяч и ло­сось для ко­та?

— Нет, — он по­ка­чал го­ло­вой, и в его гла­зах сно­ва по­явил­ся тот са­мый блеск, ко­то­рый обе­щал при­клю­че­ния. — На этот раз став­ки вы­ше.

Я за­мер­ла.

— Да­вай съе­дем­ся, — ска­зал он. — Се­рьёз­но. Не так, как сей­час — че­рез стен­ку, с пе­ре­клич­кой по ба­та­ре­ям. А по-на­сто­я­ще­му. Од­на квар­ти­ра. Од­на жизнь. Од­на кро­вать, — он по­ко­сил­ся на Гам­ле­та, — ко­то­рую мы бу­дем де­лить с этим пу­ши­стым дик­та­то­ром.

Я мол­ча­ла.

— Ес­ли ты не го­то­ва, я пой­му, — быст­ро до­ба­вил он. — Я не дав­лю. Про­сто я по­нял, что боль­ше не хо­чу жить че­рез стен­ку. Я хо­чу жить с то­бой. Ря­дом. Вме­сте.

Я про­тя­ну­ла ру­ку и взя­ла его ла­донь.

— Ты невоз­мож­ный че­ло­век, Марк Вет­ров, — ска­за­ла я. — И да. Да­вай съе­дем­ся.

Он вы­дох­нул, слов­но всё это вре­мя не ды­шал. А по­том за­сме­ял­ся и при­тя­нул ме­ня к се­бе.

— Зна­чит, ре­ше­но. Квар­ти­ра на Чи­стых пру­дах. Или лю­бая дру­гая. Глав­ное, что­бы там бы­ли тол­стые сте­ны.

— За­чем нам тол­стые сте­ны?

— Что­бы со­се­ди не жа­ло­ва­лись, ко­гда мы ре­пе­ти­ру­ем, — он по­це­ло­вал ме­ня в ви­сок. — У нас, зна­ешь ли, впе­ре­ди ещё мно­го ро­лей.

Гам­лет при­от­крыл один глаз, оце­нил сце­ну и фырк­нул. Ка­жет­ся, на этот раз одоб­ри­тель­но.

Че­рез год, хо­лод­ным ян­вар­ским утром, я сто­я­ла на по­ро­ге на­шей но­вой квар­ти­ры с клю­ча­ми в ру­ке. Марк за­но­сил ко­роб­ки, Гам­лет об­сле­до­вал тер­ри­то­рию, а в ок­на лил­ся тот са­мый про­зрач­ный зим­ний свет, ко­то­рый бы­ва­ет толь­ко в Москве.

На хо­ло­диль­ни­ке, при­жа­тая маг­ни­том в ви­де ко­та, ви­се­ла афи­ша: «Те­атр име­ни Лен­со­ве­та. КОРОЛЬ ЛИР. В ро­ли Эд­мун­да — Марк Вет­ров». Ря­дом — моя ил­лю­стра­ция к но­вой кни­ге, толь­ко что вы­шед­шей в из­да­тель­стве. А меж­ду ни­ми — фо­то­гра­фия с на­шей на­сто­я­щей сва­дьбы: ма­лень­кая це­ре­мо­ния, толь­ко мы, Эми­лия Ль­вов­на в ка­че­стве сви­де­те­ля и Гам­лет в гал­сту­ке-ба­боч­ке. (Гал­стук он, ко­неч­но, со­драл че­рез пять ми­нут, но фо­то­граф успел пой­мать мо­мент).

— Ясе­не­ва, — по­звал Марк из кух­ни, — где ты по­ста­ви­ла ко­фе?

— В верх­нем ящи­ке, как все­гда!

— Там нет! Ты сно­ва его пе­ре­ста­ви­ла!

— Я не пе­ре­став­ля­ла! Это Гам­лет!

Гам­лет, услы­шав своё имя, мявк­нул из глу­би­ны ко­ри­до­ра. Ка­жет­ся, на этот раз оскорб­лён­но.