Книга Непорочная невеста Лорда Тьмы, страница 80 – Таня Акентьева, Таня Ром

Я стояла, прислонившись к стене, и пыталась понять.

Страх боролся с радостью, и я не знала, какое чувство сильнее.

В этот момент я услышала шаги. Дариус спускался по лестнице, закончив дела. Увидев меня, он замер.

— Элис? — его голос был встревоженным. — Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?

Дариус подошёл ко мне, взял мои руки в свои и заглянул в лицо.

— Я… — начала я, и голос сорвался. — Дариус, я должна тебе кое-что сказать.

Мужчина замер, и его лицо побледнело.

— Что? Что такое? Ты больна? Ранена?

— Нет, — я покачала головой и почувствовала, как по щекам потекли слёзы. — Нет, я не больна. Я… У нас будет ребёнок, Дариус. Я беременна…

Дариус застыл.

Я видела, что мои слова доходят до него медленно, словно сквозь толщу воды. Сначала недоверие. Потом потрясение. Потом что-то ещё, сложное, многогранное, что я не могла сразу разобрать даже через связь. Его лицо побледнело ещё сильнее, потом вспыхнуло румянцем. Губы приоткрылись, но не произнесли ни звука.

— Дариус? — позвала я осторожно.

Мужчина отпустил мои руки и отступил на шаг.

— Ребёнок, — прошептал он. — Мой ребёнок. Наш ребёнок.

— Да, — я приблизилась к мужу. — Наш. Твой и мой.

— Но Тьма… — его голос дрогнул. — Что, если она… что, если проклятие передастся ему? Что, если он будет страдать, как я? Что, если я обреку его на ту же жизнь?

Я видела, как Дариуса захлёстывает паника. Через связь чувствовала её. Он боялся. Боялся не за себя, а за нашего ребёнка. За то, что его наследие станет проклятием для новой жизни.

— Послушай меня, — сказала я твёрдо, заставляя Дариуса смотреть мне в глаза. — Проклятия больше нет. Мы трансформировали его. Тьма — не враг, она — часть нас. И она защищает нашего ребёнка. Я чувствую это, Дариус. Вот здесь.

Я взяла руку мужа и прижала к своему животу. Он вздрогнул, но не отдёрнул ладонь. Я закрыла глаза и сосредоточилась на Тьме внутри. Позволила ей говорить через меня.

— Почувствуй, — прошептала я. — Она не вредит ему. Она оберегает. Она… счастлива.

Дариус закрыл глаза. Я увидела, как его лицо меняется. Напряжение уходит, сменяясь благоговением. Изумлением. Радостью.

— Я чувствую, — выдохнул он. — Я чувствую его. И Тьму. Она… мирная. Она словно поёт.

Дариус открыл глаза, и я увидела в них слёзы.

— У нас будет ребёнок, — прошептал он, словно пробуя слова на вкус. — Наш ребёнок. Свободный от проклятия. Здоровый. Живой.

— Да, — я улыбнулась сквозь слёзы. — Да.

Дариус порывисто прижал меня к себе и уткнулся лицом в мои волосы. Его плечи дрожали, и я чувствовала, как его эмоции захлёстывают меня через связь: любовь, благодарность, страх, надежда, всё смешалось в один огромный, светлый поток.

— Спасибо, — прошептал Дариус. — Спасибо тебе. За всё. За то, что осталась. За то, что приняла меня. За то, что подарила мне это.

— Это наше общее, — я погладила его по спине. — Наше чудо.

Мы стояли в холле и не замечали ничего вокруг. Хоббс, проходивший мимо, тактично скрылся в боковом коридоре. Мэгги, вернувшаяся из Блэквуда, замерла у дверей и тихо улыбалась, прижимая платок к губам. А мы просто были. Вдвоём. Втроём.

Следующие недели стали для нас временем нового узнавания друг друга.

Дариус, который ещё недавно был воплощением силы и власти, превратился в самого заботливого, самого тревожного будущего отца на свете. Он следил за тем, чтобы я вовремя ела, заставлял отдыхать, когда я слишком увлекалась делами, и лично проверял, достаточно ли тёплое одеяло в нашей спальне. Когда меня снова настигла утренняя тошнота, он был рядом — держал волосы, подавал воду, гладил по спине, бормоча что-то успокаивающее. Он, который веками терпел боль от разрывающей его Тьмы, не мог спокойно смотреть на мои страдания.