Книга Вопреки всему. Том 2, страница 77 – Владимир Сухинин

Грыз, вождь Свидетелей Худжгарха, переправился одним из первых. Тысяча его воинов, вернувшихся из таинственных походов в другие миры, окружила холм, словно нерушимая стена. Десяток отборных бойцов встал позади него, и они начали восхождение на вершину холма. Стражники, охраняющие ставку, чувствовали, как их сердца наполняются страхом. Они знали, что этот момент изменит все. Но не осмелились остановить Грыза и его воинов.

Предводитель Свидетелей Худжгарха подошел к совещательному шатру и, откинув полог, зашел. Он оглядел хмурые лица вождей и спросил:

— Выбрали хана?

— Ты кто такой? – закричал один из подгорных вождей. – Как ты посмел?..

— Я тот, кто однажды надрал задницу тебе и остальным подгорным выскочкам, – сурово ответил Грыз. – Пришло время выборов, народ устал от вашего безделья. Я выбираю великим ханом Быр Карама. Кто за него, встаньте по правую руку от меня. Кто против – по левую.

Затем неожиданно шатер был сметен порывом ветра, и на глазах тысяч орков вожди стали строиться согласно приказу Грыза. Их было примерно поровну, и сторонники Оргая стали ухмыляться. Но Грыз только хмыкнул.

— Я так и знал, что вы ни к чему не способны, как только спорить и жрать мясо. Теперь наш Отец явит свою волю. – Он поднял руки к небесам и крикнул так, что его услышали многие простые орки: – Отец, во имя сына сделай так, чтобы твоя воля нам была ясна. Пусть определится, кто достоин быть великим ханом степи, а кто недостоин. Отметь недостойных своим знаком.

Он опустил руки, и тут на головах противников Быр Карама стали расти небольшие, как у степной косули, рога. А у претендента на престол великого хана, Оргая, выросли кустистые оленьи рога. Такие, что под их тяжестью он склонил голову к земле. Сначала установилось молчание, все были поражены увиденным. Затем по окрестностям прошелестел вздох удивления, он поднял ветер, и тысячи глоток закричали: «Отец явил свою волю!..»

Один из вождей не выдержал, побежал направо, и тут же у него исчезли рога, следом за ним стали перебегать остальные. Последним перешел по правую руку Ограй, и у него отпали рога, упав к ногам.

— Ну вот, великий хан выбран вождями единогласно! – громко возвестил Грыз. – Отец явил свою волю. Орки, разъезжайтесь по стойбищам и сообщите другим, что великий хан выбран, всю седмицу будет проходить празднование.

Тысячи глоток огласили мир своим криком. Он спугнул крул и стайки птиц. Эхо торжества прокатилось по степи, и степь ответила радостным криком всех живых существ. Грыз подошел к оторопевшему Быр Караму и встал на одно колено, положил свой топор у его ног:

— Великий хан, прими мою верность и топор, он служит тебе ради Отца и Сына. – Встал и обнял растроганного нового великого хана.

Вторым к Быр Караму подошел старый походный вождь южных племен Шырбрум и повторил клятву вождей. За Шырбрумом последовали остальные вожди, среди них был пристыженный Ограй.

Среди торжества неожиданно прозвучал голос одного из шаманов:

— Это кощунство! Колдовство! Выборы недействительны… – И у него выросли такие рога, что он согнулся к земле, не в силах выпрямиться. Один из ближайших орков взмахом топора срубил ему голову и, подняв ее за рога, спросил:

— Кто еще против великого хана?

Как говорится, глупцов, готовых расстаться с жизнью, не нашлось. И холм ставки стал холмом радости и торжества. Быр Карама понесли на руках к шатру великого хана. Орки преклоняли колено по пути его следования. Стража выстроилась почетным караулом.