Книга Владыка запада, страница 154 – Владимир Сухинин

— Пойду поспрашиваю у дружинников, они должны знать.

Пока Аргумен ходил, Артем рассматривал ополченцев, часть из которых, и довольно значительная, оказались без оружия, ибо все ими было брошено по дороге бегства. Артем подозвал командира ополченцев и указал на длинную дорогу, усыпанную брошенными щитами, копьями и топорами.

— Пусть подберут и вернутся в строй, – приказал он. Подошел и взял лежавшие на снегу щит и копье. Стал ждать Аргумена.

Тот пришел быстро и, усмехаясь, произнес:

— Им обещали награду, серебро и золото царя как добычу, и еще сказали, что у тех, кто сбежит, казнят семьи, а их самих потом найдут и тоже казнят. Страх и жадность – вот сила, что их удерживала. Прикажешь, сир, поступить так же? – Артем задумался и ответил:

— Нет, Аргумен, это не наш метод. Но про трофеи скажи, что честно разделим их среди воинов. Скажи, царь отказывается от своей доли в пользу воинов. – Тут Артем хитро улыбнулся. – Скажи, что у пиратов много с собой серебра и золота, и все это станет добычей храбрых, а кто сбежит, ничего не получит.

Аргумен усмехнулся, кивнул и ушел. Артем встал в строй среди ополченцев в первый ряд, и взгляды сотен людей обратились на него. Артем молчал, только сжимал копье и щит.

Следующая атака дружинников началась через час после сбора. На этот раз никто не бежал. Царь стоял среди первых, и никто не осмелился покинуть строй. Перед строем конники разделились: одна часть свернула налево, вторая направо. Так продолжалось до вечера. Артем стоял среди ополченцев, не покидая строй. Он видел, что воины привыкают к виду конной лавы и уже не боятся их атак. Но это было только начало. Артем понимал, что будет, когда конники ворвутся в строй ополченцев. Тут их не удержит и страх перед драконами. Значит, надо не допустить прорыва конной лавы в строй. Надо остановить конников до того, как их слаженный удар порвет строй и заставит ополченцев в страхе разбежаться. А в том, что они бросятся бежать, он не сомневался. Такова природа человека – спасать свою жизнь. Лишь боевой опыт и чувство локтя товарища делают строй фаланги непреодолимым. Но ополченцы не воины, это крестьяне, и надо думать, как более целесообразно применять их в бою.

Вечером Артем вновь собрал совещание. Он обвел взглядом усталые лица командиров. И начал сурово говорить, так, словно вбивал слова, как гвозди в доски.

— Отобрать самых умелых из ополченцев, из них сформировать первую линию воинов, дать им в руки длинные жерди. Держать их надо двум первым рядам, двое воинов держат одну жердь. Кони не пойдут на древки. Позади них еще два ряда воинов с короткими копьями, а дальше стрелки, они должны метить в лица оставшихся всадников, в броню стрелять из охотничьих луков – пустое дело…

— Сир, но пираты не будут нападать конными на перевал, – прервал его Аргумен. – Это глупо – атаковать конными вверх в гору.

— Может, и так, – ответил Артем. – А может, и нет. Мы не можем думать за командира пиратов. Я бы на его месте подумал, прежде чем посылать пеших в бой. Наверху возы с бревнами и камнями. Пока они доберутся до верха, то потеряют много воинов… Пираты пришли не воевать, а грабить. Ставя себя на место противника, я вижу только два выхода. Или уйти, или попробовать пробиться конной атакой. Может, под баррикадами они спешатся, но вверх могут попробовать добраться конными. Скорость – залог успеха.