Книга Пушки к бою, страница 60 – Владимир Сухинин

— Это легко определить, Люба. Мы с ней не были вместе больше двух недель и… и она говорила, что у нее стоит блок от нежелательной беременности.

— Так то от нежелательной, Сюр. А она, видимо, пожелала…

— Пожелала? — недоуменно повторил Сюр… — Постой! — До Сюра наконец дошло. — Она что? Знает, что беременна?

— Да, знает. И не знает, кто отец. Она очень боится, что эти сведения станут известны вам или Гумару.

— Ах вот почему она не хотела идти в медблок! — произнес Сюр. — Она боялась нашей реакции на это известие, что я откажусь от ребенка, а Гумар ее бросит, если узнает, что ребенок мой. Так?

— Примерно.

— Ну тогда это точно ребенок Гумара. Она в него влюбилась. В меня нет. И раз беременность желанная, то это может быть только Гумар. А как узнать, кто отец? По ДНК? Волосы надо сдать на анализ?

— Ничего сдавать не надо. Ваши ДНК есть в базе данных медицинской аппаратуры, а отцовство мы сможем узнать месяца через три… Только…

— Что только? — насторожился Сюр.

— Вы ведь братья?

— Ну сейчас как бы да, а ранее нет. Мы имеем разных родителей.

— Вот в этом-то и странность, Сюр. У вас схожие ДНК, как у родственников.

Сюр опешил.

— Как?.. Как у родственников? Не может быть!..

— Но это именно так, Сюр, и определить отцовство будет, мягко скажем, проблематично.

— Вот это новость! — Сюр ухватился рукой за спинку кресла-каталки, придвинул его к себе и сел.

Он сидел, размышляя довольно долго, и чем больше думал, тем лучше понимал, как это могло случиться. У них обоих был Молчун-симбионт, выращенный из одной споры. А он, видимо, разбавил их ДНК своей ДНК. Поэтому они теперь как братья…

«Это надо будет уточнить с Гумаром», — решил Сюр.

— По-видимому, мне придется тебе, Люба, рассказать о нашей тайне с Гумаром. Но после того как ты ее узнаешь, ты или все держишь в сейфе в засекреченных файлах, или уничтожаешь сразу.

Люба искренне удивилась такому повороту.

— Даже так? — приподняла она бровки. — Я решу, как поступить с этой информацией. И если она слишком опасна, я ее уничтожу.

Сюр смотрел на андроида и не мог отделаться от чувства, что она живая.

— Люба, — спросил ее напрямую Сюр. — Я тебе нравлюсь? — Это был вопрос с подковыркой. Андроиды сразу бы ответили по вложенной программе или да, или нет. Но Люба внимательно посмотрела на Сюра и задумалась.

— У меня сложилось такое впечатление, — ответила она, — что я вас когда-то уже видела. Я чувствую, что мы знакомы, но вот где мы встречались, не могу вспомнить.

— Люба, Руди права. Вас трудно отличить от живой…

— Естественно, — улыбнулась Люба, — в меня вложена матрица сознания живой женщины…

Сюр открыл рот и так остался сидеть на кресле. Он некоторое время смотрел на девушку, и до него наконец стало доходить, чье сознание Гумар мог поместить в андроида.

— Гумар! Твою же мать! Что же ты наделал? — прошептал он. — Экспериментатор хренов.

Люба молчала и улыбалась.

— И как, Люба… Вам чувствуется в искусственном теле?

— Вполне нормально, Сюр. Это тело мне кажется лучше прежнего. И что вы скажете? Мы с вами встречались?

— Думаю, да, Люба, но надо уточнить у нашего гения… Чтоб ему ни дна и ни покрышки. Он-то лучше нас знает.

— Ну а теперь я отвечу на ваш вопрос, Сюр. Память прошлого мне подсказывает, что вы мне нравились. Но вы… Как бы это сказать правильнее, были недоступны. И тут я увидела вас в капсуле, и меня к вам повлекло. Вы можете что-то рассказать о нашем прошлом?