Книга Когда откроются двери. Эйна возвращается, страница 124 – Арина Остромина

Эйна отложила письмо и задумалась: что он имеет в виду? Ведь быть вместе мы можем только здесь, в Четвёртой! А он сейчас там, во Второй. И, кстати, он ничего не написал про Тревера – что они решили с оплатой защитников для Эйны?

Господин Тревер приехал к Эйне в начале ноября. Она давно подготовилась: написала короткое письмо маме и тщательно продумала, что нужно обсудить с Тревером перед подачей нового иска. Сразу предложила:

— Давайте сначала о личном поговорим, чтобы потом не отвлекаться.

Тревер усмехнулся:

— Ты уже всё за меня решила. Ну давай.

— Хочу передать маме ответ. Когда вы теперь поедете в Шестую?

— Пока не знаю. Туда ведь не попасть просто так. Должна быть веская причина. В прошлый раз нам разрешили допросить Елену – она была связана с делом, которое я вёл. А сейчас у меня нет ни одного такого дела. Вся надежда на тебя!

— Что? – ахнула Эйна. – В каком смысле?

— В прямом. Если мы выиграем твоё дело, мы как будто откроем двери для всех, кого незаконно лишили гражданства. Тогда у нас с Господином Винкасом появится шанс поехать в Шестую.

— А разве в Шестой есть такие, как я? Разве при лишении гражданства не всех вывозят в Безлюдные земли?

— По-разному бывает. Те, кого вывезли, вряд ли выживают. Насколько я знаю, ты первая, кто смог после такого устроиться в другой зоне. Но кому-то удаётся оформить выездные документы. Тогда они возвращаются в свою прежнюю зону.

— Но не в Шестую же! – возразила Эйна.

— Нет, конечно. Туда по-другому попадают. Например, человека лишили гражданства, но при этом незаконно обвинили в чём-то. Тогда его отправляют в Шестую. Вот за такие дела мы и сможем браться, если сейчас победим.

— Так ведь это и есть дело Кортана! Незаконное лишение гражданства, незаконное обвинение, незаконная высылка в Шестую. И вы уже выиграли! Почему же вы говорите, что именно моё дело так важно?

— У Кортана более простой случай: у него сначала отобрали, а потом вернули гражданство той зоны, где он жил раньше. Восстановили статус-кво. Это значит…

— Да знаю я, что это значит, – перебила Эйна. – В книгах встречала.

— Хорошо. А теперь возьмём твою ситуацию: тебя лишили гражданства Второй и не позволили вернуться в Третью. Это совсем другое: меняется зона проживания.

Эйна отвела глаза, вздохнула, потом нерешительно сказала:

— Но я… – И замолчала.

— Но ты не об этом попросишь в своём иске! – закончил за неё Тревер.

— Да… Но как вы узнали? Мы ведь это ещё не обсуждали!

Тревер снова усмехнулся, и Эйна с лёгкой обидой подумала: «Неужели я такая смешная?»

— Эйна, вернуть тебя в Третью – это было бы слишком просто, мы бы за одно заседание справились. Но ты же не зря штудировала Закон. Наверняка ты там вычитала что-то более интересное. И наверняка уже придумала сложный план.

«Зря я на него обижалась. Он меня ценит», – решила Эйна, а вслух сказала:

— Так, подождите, мы отвлеклись! Я вас ещё не расспросила о Елене и моей маме. Пожалуйста, расскажите, что знаете!

— Расскажу. Но сначала завари чай. Это долгая история.

Пока закипала вода, Тревер спросил:

— Ты же догадалась, что мы были знакомы с Еленой до того, как её выслали? – Эйна молча кивнула. – Поэтому мы хотели её найти. Нам нужно было узнать о её товарищах, которые остались в Третьей, и о тех, кто вместе с Еленой попал в Шестую.