Книга Игры жизни, страница 10 – Илья Те, Степан Мазур

Мир вокруг — царство ночи. Под ногами хрустели ветки, приминалась трава. Кроваво-красная луна, какую Ведьма никогда не видела в реальном мире, озаряла широкую лесную поляну.

Свет Луны был необычайно ярким. Светло как днем. Только спустя мгновение, Ведьмочка догадалась, что на самом деле на поляне темно и только её собственные глаза, приспособленные к лунному свету, способны видеть почти в кромешной тьме. А ещё у неё оказался просто — таки дивный слух! Он ловил даже шорох полевых мышей, что возились в норках глубоко под поляной.

Все органы чувств обострились. Даже обоняние. Ведьму окружал мир запахов, полный миллионов оттенков. Она чувствовала всё, что творилось в округе, даже закрыв глаза и заткнув уши, словно видела то, что творилось на многие мили вокруг. Запах был настолько острым и разборчивым, что давал чёткую, контрастную картину мира со всех сторон. Объёмисто, будто сотни невидимых шпионов посылали импульсы, сообщая все обо всем.

Ведьмочка прищурила один глаз. Итак, все «звериные» способности были развиты и умножены многократно. Однако тёмная сила требовала особой энергии и только одна вещь в жизни могла стать для нее источником — человеческая жизнь.

То была вовсе не жажда крови, вовсе нет. То была жажда убийства и охоты, пробуждающей в собственной тёмной крови необъяснимые процессы, питающие её чёрную мощь. Она чувствовала непреодолимую тягу к человеческой жизни. Точнее, к поиску, слежке, броску и убийству живого существа.

Неожиданно, лёгкий ветер донес до нее вожделенный человеческий запах. Ничтожные эманации, неуловимые никем кроме темных охотников!

В десятке миль от места, куда закинула их Игра, находилась большая деревня. С ходячими бурдюками жизненной силы — людьми. Возможно, они были вооружены и могли дорого отдать свои жизни, но никому из ночных порождений не было до этого дела.

Жажда охоты буквально погнала её по лесу!

Не сознавая что делает, девушка вдруг прыгнула вверх и молниеносно перевернувшись в воздухе, обратившись в волчицу.

В какие — то доли мгновений, нежную кожу пронзила шерсть, кости рук вытянулись, ноги, напротив, укоротились. Женские ногти стали ужасно толстыми, обратившись в настоящие костяные клинки, способные раздирать плоть на тряпки. Лицо стало плоским и вытянутым, рот наполнился чудовищными зубами.

Вскоре вместо Ведьмы на земле стояла, отряхиваясь от влаги и листьев, огромная зубастая тварь!

Так вот кто она — звериный оборотень. Волк. Вервольф. Волколак. Или волкодлак, если длак — это «кожа» в словообразовании.

«Вот откуда этнические, возможно даже славянские мотивы на платье», — поняла она, пристальнее всматриваясь в плетённые узоры на рукавах.

Проходя сквозь этапы симуляций, геймеры последовательно сталкивались с легендами Египта (например, мумиями), с арабскими сказками (например, джиннами), германскими мифами (троллями и гоблинами) и так далее. Почему бы не быть и славянским эпосам? Ключевая часть — мифология.

«Кем тогда может быть враг? Соловьем — разбойником?» — Веда зарычала: «Посмотрим!».

Оттолкнувшись от земли, она сорвалась в стремительный бег.

Только начав скользить меж деревьев в волчьем обличье, она вдруг осознала, что вокруг неё стелется не просто лес, а глухая, непролазная тайга! Хвойные деревья, гигантские, почти стометровые кедры, ели, пихты, а также «небольшие» по сравнению с ними сосны высотой всего в десять-пятнадцать метров.