Книга Игры жизни, страница 12 – Илья Те, Степан Мазур

Леди ночи разбрелись по деревне в поисках жертв. Некоторые — обернувшись обратно в человека. Как и ожидала Ведьмочка, все «обратившиеся» становились голы и ступали босыми ногами по холодному снежному накату, покрывающему дорогу между домов.

Ведьма так и не поняла, зачем некоторые «подруги» вернулись в человеческий облик. Не хотели есть человечину? Ну, возможно. Но мороз никуда не делся. Да и «не есть» можно и оставаясь волком.

Мотивы спутниц выяснились скоро. Став людьми, немногочисленные перевоплощенные девушки вернули себе человеческий рост. И стали заглядывать в окна.

Все дома, однако, оказались заперты на засовы. На узких убогих улочках не было ни души!

Ведьма повела носом. Ухмыльнулась.

Внутри домов точно теплилась жизнь. Каждая из ночных охотниц чувствовала тепло и жар очагов. Но вот чудо — заглядывая в открытые окна, оборотни видели лишь зажженные свечи на убогих деревянных столах.

Аромат человека словно обманывал — запах мяса, раздирающий ноздри, стоял столь сильный, что невозможно было терпеть. Однако что-то сбивало Ведьму и окружающих мохнатых спутниц. Ни одна из них, не могла поймать след жертвы.

«Может магия?».

Ведьмочка глухо зарычала, словно урчащий мотор.

«Где же люди? Неужели чутьё подвело?»

Горящие свечи на подоконниках уже доползали до блюдец и чаш тлеющими огоньками, но раз они горели, то кто-то из зажигал. Хотя бы час — два назад. Весь вопрос лишь в том — кто?

Посторонний звук резанул по слуху. Сердце тревожно заколотило в звериную грудь, дыхание захватило от острого предчувствия.

На крышах домов, защищённых магической сферой, сверкнули человеческие кольчуги, шишковидные шлемы, круглые щиты. Сотни воинов тут же спрыгнули вниз и окружили длинную улицу, перегородив проходы.

Ведьма, почти ожидавшая чего-то подобного, зарычала громче и медленно попятилась назад.

Однако ловушка захлопнулась. Отступая, животные лишь упирались друг другу в спины, сталкивались хвостами. Им некуда было отступать. Те, что в образе людей, ещё и замерзали заживо, стуча зубами. губы посинели.

Вспыхнули огни! Люди в длинных грязных рубахах, возглавлявшие вооруженную толпу, выдвинулись вперёд. Поверх многих тел над грубой тканью или лёгкими доспехами, висели тяжелые цепи, вериги и массивные, грубые кресты. Среди воинов были и некто, вроде монахов. С тощими телами, худые до безобразия.

«Фанатики?» — невольно подумала Ведьмочка.

Длинные седые бороды, спускавшиеся почти до пояса, спутанные, грязные волосы и гнилые зубы также не украшали их. Но на воинов они походили мало. Скорее, на радетелей веры.

«Юродивые», — догадалась Ведьма.

Один из таких бородатых мужиков вышел дальше остальных. В руках его светилась огромная тяжелая книга в массивном деревянном окладе, украшенном грубыми нешлифованными самоцветами.

Они вспыхнули световой магией! Этот свет ослеплял глаза и был противен ночному зрению. Огонь свечей или пламя костров оборотни выносили с легкостью, но магический свет был для них невыносим.

Ведьмочка прищурилась, глаза заслезились. Игроки в образе людей так вовсе кричали в голос и старались прикрыть глаза.

В руках воинов в кольчугах, замерших за спинами уродливых старцев, застыли длинные рогатины и короткие «степные» копья, предназначенные больше для метания, чем для укола. А на поясах воинов вместо старинных русских прямых мечей висели кривые сабли.