Книга Игры смерти, страница 110 – Илья Те, Степан Мазур

Ведьмочка, не утерпев, посмотрела вниз.

«Господи, ну и высота-а-а-а!» — подумала она.

То, что недавно было пустой равниной, превратилось в горное плато, возвышающееся над землей едва не на полкилометра.

«Проклятый виртуал!».

Избитые, мокрые, еле живые, в одних грязных металлических панцирях, они впились в него, как рудокопы в грунт.

Определенно, у скелетов работал несуществующий мозг или какой-то неизвестный виртуальный заменитель, иначе мир бы так не вращался, напоминая о привычном человеческом головокружении от усталости или страха. В глазах мелькало и мельтешило. Их подташнивало. И руки слабели!

Застыв, выжившие смотрели в небо. Чужое, несуществующее. Но такое сумрачное и прекрасное!

— Черт побери, я хочу жить, — обронил Зевс шёпотом.

Сильнейший ливень лупил в лицо, смывая грязь и усталость. Дерзкий, бодрящий, почти обжигающий холодом, он напоминал о главном — надо жить!

Никогда в прежней жизни Веда не думала, что будет так рада в преддверии смерти ледяному потоку с неба.

— Знаешь, Ведьма, ты классно выглядишь под дождем, — обронил напарник сбоку.

— Даже мёртвая и из одних костей? — уточнила подруга.

— Пофиг на внешность. Я же знаю, что содержание твоё… лучше.

Она не могла улыбнуться телом, но улыбнулась словно самой душой. Внутри потеплело. Она на миг потеряла концентрацию, и рука сорвалась. Он мгновенно протянул руку и резко накрыл её оставшуюся руку, сам рискуя сорваться.

Коктейль из жгучего ожидания смерти и неожиданной близости, невероятной для существ без плоти, но приправленный доверху адреналином, вскипел в несуществующих жилах, словно крепостная смола.

У обоих.

В глазах замельтешило. Мир схлопнулся, перенося на следующий этап.

Боль ушла, едва Акробат осознал себя после загрузки нового уровня.

«Странно, — подумал Тим. — Ничего не болит. Новый уровень сгладил повреждения старого? Это ж насколько разработчики окопались в моем мозгу, чтобы убедить меня, что тело смертельно ранено, и я ощущаю физическую боль? Теперь эти ощущения убрали, и я снова здоров. Обманка. Иллюзия! Может нас и не существует давно? Так, остатки чьих-то воспоминаний. Мы — сон уснувшего Бога».

Акробат отчетливо помнил, как на прошлом уровне его как следует отделал зеленокожий гигант. От смерти отделяли считанные мгновения. Но произошло перемещение на следующий этап, и — о чудо! — он снова оказался цел и невредим.

— Чёрт побери, — обронила стоящая радом Валькирия. — Я рада, что ты жив… напарник.

Тим усмехнулся в ответ:

— Я тоже, партнёр… по играм.

Кира кивнула и принялась изучать их новую внешность. Теперь вместо зелёных плащей «лёгких пехотинцев» на них красовалась длинная кольчуга, едва не доходящая до колен. Серые сафьяновые сапоги с заостренными носами и конусообразный шлем с маленьким флажком дополняли картину. Кинжал в левой руке заменил круглый деревянный щит, обшитый железными полосами и покрытый многочисленными клепками. А вот меч в правой руке превратился в мощный, но короткий одноручный топор с рукоятью, укрепленной полосой стали. Нижняя часть топорища при этом была плотно обмотана тканевой лентой — чтобы рука в длинной кожаной перчатке держала крепче в момент удара. На кольчугу, со стороны груди были наклепаны прямоугольные металлические пластины, предназначенные заменить кирасу. В таком наряде напарники стали походить на средневековых русских или варяжских дружинников, что сражались спешенными, без коней.