Книга Карлов, страница 17 – Степан Мазур

Невельской хлебнул воды, кивнул, довольно улыбнувшись и продолжил:

— А теперь, уважаемые гости, ваши вопросы перед запуском?

— Игорь Данилович, почему вы уверены, что «Ноосфера» решит все наши проблемы, а не-е-е…

Он поймал мой взгляд, предвосхищая продолжение.

— «…а не восстанет против человека» вы хотите сказать?

В моем листе ожиданий уже стояло три десятка вопросов. Но тема «красной кнопки» была основной. Человек подсознательно боится всего, что сильнее, умнее и вообще превосходит его по любым параметрам. Мы все боялись роботов, но все пользовались их услугами, начиная от банкоматов и заканчивая робо-шлюхами.

— Всё просто, господин Карлов… Роберт Алексеевич, если не ошибаюсь?

Я кивнул, приглаживая галстук.

— Дело в том, что мы научили ИИ любить. Любящий человек становится лучше. Ноосфера любит людей, как мать любит дитя. Как дети любят своих родителей. Как возлюбленные любят друг друга. В частности, наш ИИ полюбил меня и всех наших коллег, кто был ответственен за её воспитание.

— Её?

— Именно, Роберт Алексеевич. Ноосфера определенно — дочка, — улыбнулся «отец». — У всех важных наименований в жизни человечества всегда женские личины: жизнь, смерть, любовь, свобода… Ноосфера олицетворяет собой понятие новой жизни. Потому — она.

— А вы…

— А я у неё ассоциируюсь со всем хорошим, что свойственно людям: тепло, забота, ласка. Я для Ноосферы как отец для дочери, — уточнил учёный. — Разве может дочь навредить любящему отцу?

— Вы хотите сказать, что ваш ИИ ощущал родительскую любовь?

— Именно, — не моргнув и глазом, ответил Невельской.

— Но каким образом компьютер смог постичь любовь? — не понял я. — Через картинки? Через машинное обучение?

— Помилуйте. Это прошлый век, — усмехнулся учёный. — Через создание «информационного слепка». Если в двух словах, то Ноосфера стала человеком в пределах заданных параметров в информационном мире. За несколько лет я, а затем мы, взрастили её сознание от рождения до совершеннолетия. Всё это образно говоря. Без сотрудничества с прочими нейросетями, кстати, что исключило негативный опыт.

— «Негативный опыт»?

— Да, он отсутствовал, чтобы она не заразилась, не научилась ничему плохому, не нахваталась ошибок, а шла по своему жизненному пути. Училась лишь на своих примерах. По заданным нами параметрам. У неё нет дублирующих систем, к которым можно сделать откат. Она монолитна и всегда приходит лишь к одному варианту решения поставленных задач. Она сама себя починит, восстановит, исправит, откорректирует. Её решения всегда беспристрастно-верные, смею сказать. Для неё не существует понятия «у каждого своя правда». А сегодня… — Невельской на секунду задумался, подбирая слова. — … наша дочка встанет взрослой. Сегодня она готова приняться за настоящую работу, указав прочим ИИ на их недостатки. А человечество, наконец, сможет решить свои проблемы. Люди могут выступать против людей, но кто откажется выполнять условия самого умного из разумов, доступных нам на данный момент? Только глупец!

— Хотите сказать, она уберет из интернета порно? Или отловит всех недобитых хакеров? — с ноткой сарказма вновь добавил я. — Не слишком ли много вы на неё возлагаете надежд? Это ведь всего лишь первое знакомство вашей… гм… «дочки» с окружающим миром.