Книга По ту сторону барьера. Книга 1, страница 125 – Эмили Ли

— Ты любишь её, – с тихим отчаянием произнесла Лоран.

Он шумно процедил воздух сквозь плотно сжатые зубы. Тело разрывало от желания кричать и проклинать всех на свете. И чтобы не сойти с ума от несправедливости, он выбрал для себя самый простой и доступный способ спастись. Ненависть стала его опорой. Ненависть к женщине, которая почему-то звалась его матерью.

— Я не хочу тебя видеть! Исчезни из моей жизни!

Боль, злость, отчаяние и ненависть смешивались в темно-синих глазах сына и обвиняли гораздо сильнее, чем слова. Он ушел, громко хлопнув дверью, а Лоран осталась сидеть одна в пустой комнате.

Как только Тэруми спрыгнула с баррикады, блуждающие монстры окружили девушку, но близко подходить не стали. И она даже знала почему: тяжелый взгляд синих глаз эльфа ощущала всем телом. Монстры опасались его. И ей, показалось, что с каждым днем всё сильнее.

Тэруми бесцельно бродила среди развалин, пиная опавшую листву и невольно думая, что осень – очень красивое время. Вспомнилась осень в Азуриане. Дети обычно собирали такие листья в большие кучи и играли с ними. С разбегу прыгали в них или набирали полную охапку и высоко подбрасывали, чтобы попасть под разноцветный дождь. А потом сразу же собирали обратно, ведь если кто-нибудь из родителей заметит, то будет ругаться: во дворе должен быть порядок. На Тэруми никто не ругался. Отец много работал, его никогда не было дома, а потом не было дома самой Тэруми. И пока другие дети проживали обычную жизнь и играли, она училась убивать, готовилась стать танэри.

«Училась служить родине!» – одернула она саму себя, стряхивая глупые упаднические мысли.

Заметив движение сбоку, Тэруми посмотрела в ту сторону. По стене ловко и невесомо ступал эльф, медленно идя к проемам в восточной стене. Оттуда наверняка открывался вид на всю территорию этой части города. Так Тэруми будет в поле его глаз. На злость и протесты от такого откровенного контроля у неё не было сил.

Она проследила взглядом за его худой фигурой, невольно любуясь присущей эльфу хищной грацией. Когда он дошел до восточной стены, то устремил взор куда-то вдаль, в сторону леса. Тэруми улыбнулась от попытки Фенриса показать, что мешать он не будет. Тэруми точно знала, что вздумай она дать деру, он тут же поймает её. Глаза на спине, что ль, есть?

Почувствовав волнение Кыта и Ката, Тэруми улыбнулась ещё шире. Монстры отошли-отползли от той части стены.

— Что? Не нравится? – насмешливо сказала она ближайшей черной дымке. – Это вам не со мной гулять. – Глаза снова остановились на Фенрисе. – Ох и хлебнет кто-то счастье с таким всевидящим отцом.

И сразу вспомнился свой собственный, а следом перед глазами возник образ Лоран. Сложить Лоттирану, которую она видела лишь на рисунке, и эту «светлую» ведьму с ненавистью в душе похлеще, чем у какой темной ведьмой, было слишком сложно. Но ведьмочка узнала её, да Лоран назвала имя Чжан… Так что ошибка исключена.

Брат, сестра, мать и где-то там отец – целая семья, а ведь раньше Тэруми всегда считала, что одна во всем мире. Из всего этого многообразия родственной крови судьбу она благодарила только за Лайю.

В желании скрыться из-под надзора Фенриса, Тэруми зашла в тот самый большой дом, который ведьмочка предложила ей и Чону. Опустевшая комната, в углу которой был огромный камин, идеально подходила под настроение и сложившуюся ситуацию. Семейный очаг, который никогда не горел.