Книга Возвращение Повелителя. Книга I, страница 61 – Александр Владыкин

Однако. В Мезинаре этих пакостей, погубивших Европу, отродясь не было. Чтобы мужчина с мужчиной? А как еще объяснить, столь эмоциональную реакцию на гибель барона? Тут так не принято переживать из-за смерти друзей. Да еще и в бою, пасть в котором почетно. Не припомню, чтобы я хоть слезинку проронил, когда погибали мои самые верные соратники. Даже жестокая казнь темными эльфами моей любовницы «Дикой графини» вызвала у меня только желание отомстить. А тут? Неужели здесь все настолько изменилось? И не в лучшую сторону?

— Притащить его сюда? — имея в виду графа, спросила Ди, тоже смотревшая на разыгрывавшуюся на наших глазах сцену горя с недоумением.

— Не надо, — ответил я. — Сам подойду. Михаил, загони выбравшихся из болота обратно. Пусть пока там посидят.

Михаил взял автомат на изготовку и направился к дружинникам, короткими очередями под ноги, заставляя тех, кто смог вылезти на сушу, вернуться обратно в жидкую и вязкую грязь. Мы же с Ди пошли к продолжавшему рыдать графу.

Какой-то он подозрительно щуплый этот графеныш, подумал я, приближаясь к нему. И фигура странная. Высокий вроде бы, стройный, но какой-то «не такой».

Взял не пытавшегося оказать ни малейшего сопротивления и даже не обращавшего на меня внимания графа за шиворот и одним рывком поставил на ноги напротив себя.

Ба! Да это вовсе не «графеныш», а самая что ни на есть настоящая или не очень «графинюшка». Усы и бородка явно приклеены. Ну, теперь хоть что-то становится понятно — я о причинах ее слез. А вот зачем весь этот маскарад остается пока загадкой. Впрочем, это я сейчас выясню. Только не здесь. Рассказ, предчувствую, будет любопытным, так что лучше выслушать его, сидя в кресле, пусть и по-мезинарски неудобном, в зале замка, а не тут — возле трупа барона.

— Федор! — я увидел, что ворота замка открылись и из них выходит барон Федр во главе двух десятков своих дружинников. Сергей предусмотрительно остался в надвратной башне с крупнокалиберным пулеметом. — Прикажи своим бойцам связать вон тех любителей грязевых ванн, — я указал на болото, в котором сидели воины барона и «графини». Вернее, как позже выяснилось, только «графини». — Всех пока в сарай, и там запереть! Ди, веди эту комедиантку за мной. Накинь ей на шею мою артефактную веревку, чтобы не баловала!

Ди тут же набросила на шею нашей пленницы петлю и довольно грубо дернула за веревку, приказывая идти к замку. Надо сказать, что к актерам, которых здесь называют комедиантами, в Мезинаре отношение презрительное. И уж тем более к актрисам, считающимся лишь чуть лучше гулящих девок. Так что манера обращения Ди с «графиней» мне была понятна.

Вот только я совсем не был уверен, что эта девушка принадлежала именно к этой презираемой касте и просто играла роль графа. Слишком неплохо она владела магией, чтобы быть безродной и трудиться дешевой комедианткой.

— Ну-с? И кто ты? И чем вызван этот маскарад? — спросил я уже в замке, срывая с лица пленницы усы и бороду и надевая ей на руку блокирующий любую магию браслет. — Рассказывай!

— Графиня Венира, — ответила «актриса» без всякого выражения в голосе.

Похоже, что ей сейчас было абсолютно безразлично, что с ней будет дальше. Впрочем, тут вариантов не слишком много. Два. И оба они ей как уроженке Мезинары, воспитанной в ее традициях, хорошо известны — смерть или насилие и вероятная неволя. Последнее, правда, не обязательно. Если есть у нее кто-то, кто готов заплатить за нее выкуп, рабского ошейника можно и избежать, но, как мне видится, это не тот случай.