Книга Холодное утро в 3018, страница 116 – Лан Ань Ни

— Вы прекрасно говорите по-английски, сэр, — я выдавил из себя улыбку. Посол мне понравился, честно. Но после того, как меня схватили, я начал относиться ко всем пришельцам с подозрением. Кроме того, у меня не осталось времени на болтовню. Нужно было срочно найти Хавьера!

— Не сердись на Гортензию, Александр Орелли. Она ошиблась.

— Эм… что вы, сэр, ничего страшного! Я рад, что мы поняли друг друга. Хм, мне нужно идти, сэр… — что-то было нечисто! Нечисто! Я чувствовал это, кожей ощущал, что нарвался на крупные неприятности. Но у посла было настолько подкупающее выражение лица, что я не мог подозревать его. А улыбка! Он улыбался мне, точно старому другу. И всё-таки Лу'Каасу было что-то нужно…

— Ты пришёл на праздник, верно? — спросил он.

— Да, с подругой, — в этой лжи была толика правды. Эжени действительно находилась в здании Штаба. И я рассчитывал увидеть её.

— Ты живёшь в Берлине? — проклятье! С какой целью он устроил допрос?

— Нет, мой родной город называется «Льеж».

Лу'Каас широко улыбнулся. Он выглядел донельзя довольным.

— Льеж, — повторил он. — Льеж. У тебя есть семья, Александр Орелли?

— Да, мать и бабушка, — что происходит? Что происходит?

— А отец? — насторожился посол.

— Его уже нет в живых, — процедил я. Если все илионийцы такие приставучие, то неудивительно, что наши народы не ладили. Уголки губ Лу'Кааса опустились вниз. Он выглядел смущённым и огорчённым одновременно.

— Прости меня за бестактность, Александр. Люди, я заметил, не любят рассказывать о себе. А мы, илионийцы, очень любопытные, мы стремимся узнать, как можно больше о собеседнике, понять его… Увы, душа человека — потёмки, глубокий омут. Друг — землянин — объяснил это. Тогда я прибыл на вашу планету в первый раз. Я был совсем юным. А сколько тебе лет?

— Двадцать три.

— Прекрасный возраст! Я вижу: ты очень расстроен. Могу ли я чем-то помочь?

— Сэр, я должен вернуться на сто семьдесят шестой этаж, там остались мои друзья. И они волнуются. Извините, сэр.

Посол кивнул.

— Благодарю за разговор, Александр Орелли! Всегда рад побеседовать с приятным человеком. Конечно же, ты свободен. Я распоряжусь, чтобы тебе вернули вещи и принесли извинения. И вот, возьми это. Кто знает, когда ещё придётся встретиться с пришельцем? — он ласково улыбнулся и протянул ромбовидный кристалл. Наощупь тот был гладким и очень холодным. Свет причудливо играл на его гранях и разбивал моё отражение на сотни осколков.

Когда я покидал комнату, сбитый с толку и ошарашенный странным поведением илионийцев, Лу'Каас не сводил с меня грустных глаз.

«К дьяволу условности! Нужно его предупредить! Но так, чтобы Бофорт меня не подорвал».

— Генерал, сэр, для Конфедерации, для человечества, очень важен мир с Илионом. И мы сделаем всё для того, чтобы обеспечить вашу безопасность. Но вы и ваши спутники должны бытьначеку.

Посол едва заметно кивнул. «Надеюсь: он меня понял».

* * *

— Ал! Где тебя носило, Ал?! Почему не выходил на связь? Почему отключился? Я повсюду искал тебя! — стоило только активировать возвращённый коммуникатор, как на меня посыпались вопросы Хавса.

— Был на сто семьдесят девятом этаже. Я не буду рассказывать, что произошло. Всё равно не поверишь. Спускаюсь к тебе.

— Переговоры возобновятся через десять минут, — сообщила Лили. — Агенты Севра и Уорбека остаются на постах. Обстановка стабильная.