Книга Призрачная свобода, страница 79 – Александра Торн

— Да сядьте вы! — рявкнул Росс. Агилар бесшумно переместился к дивану напротив и сел. Выражение лица у кондитера было добродушным, но совершенно непроницаемым — Тедди даже предположить не мог, о чем тот думал.

— Какого черта вы за мной таскаетесь? Вас нанял мой папаша?

— Нет, — терпеливо ответил Агилар. — Я не имею отношения к вашему отцу. Вы уже в пятый раз спрашиваете. Записывайте, что ли, вы же журналист.

Тедди вспыхнул:

— Тогда нахрена вам это надо⁈

— Ну, каждый имеет право на свое маленькое хобби.

— Ах, так ваше хобби — отрывать террористам руки?

— В том числе. А еще я люблю кино старой эры и музыку Энео Севильи.

— Почему вы — кондитер? — сквозь зубы спросил Росс.

— Так уж получилось. Пристрастился к выпеканию печенья в свободное от службы время, потом перешел к бисквитам, а там уже до тортов докатился.

Хотя кондитер разговаривал с ним мягко, как больным ребенком, у Тедди возникло жгучее чувство, что над ним издеваются. Как этот тип может быть кондитером⁈ Делать ему, что ли, нечего?

— Почему она на вас не подействовала?

— Какая она?

— Та женщина. Она класса эпсилон, верно? Почему она не смогла влезть к вам в голову?

— Нетиповая конструкция, — ответил Агилар и встал. — В вашем купе есть небольшая кухня. Вы хотите блинчиков с апельсиновым соусом?

— Ч-ч-чего? — пролепетал Росс, обалдев от резкой смены темы.

— Блинчики. Десерт. Мне нужно что-нибудь приготовить, это меня успокаивает.

Вообще Тедди не казалось, что этот тип нервничает — с виду он был спокоен, как камень. Агилар проинспектировал кухню, взял с магнитной подставки планшет и принялся что-то там листать.

— Что вы делаете?

— Заказываю продукты. Даже если вы не хотите блинчиков, что напрасно, то вам все равно понадобится еда.

— Я не люблю сладкое, — буркнул Росс. Кондитер поднял взгляд от планшета и несколько секунд удивленно разглядывал журналиста.

— Как вам это удается? — спросил Агилар, явно не поверив ни единому слову.

— Просто не люблю. Хватит обсуждать эту чушь! Что это за террористы?

— Откуда же мне знать. Разновидностей очень много, от религиозников-традиционалистов до антиглобалистов. Вам, наверное, лучше известно, кому и зачем вы отдавили мозоль.

— Я еще и начать-то не успел, — нахохлился Росс. Он вообще только одно фото добыл, а его уже чуть не убили! — Я же ничего не узнал, с чего им так меня преследовать⁈

— А зачем ждать, пока узнаете? Паранойя — это профессиональное заболевание в их среде. Залог выживания практически.

— Мерзкие твари, — прошипел Тедди. Агилар поднял бровь:

— Мне казалось, что вы разделяете их взгляды?

— С чего это⁈

— Я прочел несколько ваших статей.

— Я считаю, что Директива превратила в рабов сотни тысяч, если не миллионы людей, — резко сказал Росс. — Но я не считаю, что из-за этого можно убивать кого угодно направо и налево.

— Директива — это шанс, — произнес кондитер, пристально глядя на молодого человека. — Шанс, который нам, несчастным уродцам, подарила Корпорация великого Марко Тадича. Разве вас не этому учили в школе?

— А какой шанс она подарила вам? — спросил журналист, смерив Агилара не менее пронзительным взглядом. — Уверены, что не обошлись бы без него?

— Не знаю, — задумчиво отозвался кондитер. — В моей карточке записан синдром Вишневского. У меня не сформировались глаза и даже глазной нерв отсутствовал.