Книга Зловещие топи, страница 111 – Виолетта Орлова

«Еще немного, и я стану параноиком», – мрачно подумал он про себя, направляясь после тренировки на поляну в лес. Там его ждала нехитрая работа – собрать дров для розжига камина, чтобы отапливать Северный дол.

— Последний день в Доргейме? – послышалось за его спиной, и Артур от неожиданности вздрогнул, чуть не свалившись с деревянного мостка в трясинное болото.

— Боишься линять, да? – в голосе слышалась очевидная издевка. – Не бойся, я же не ляпаш, тебя не сдам.

— Я вообще-то хотел тебе рассказать, – тихо сказал тогда Артур, чувствуя, как от неловкости у него пересыхает горло. Уткен поравнялся с ним, круглое лицо его сильно раскраснелось от бега. Было видно, что он торопился, изо всех сил пытаясь нагнать Артура.

— Хотел? – скептически переспросил Четверка. Это была чистая правда; Артур действительно думал рассказать обо всем Уткену. Теперь в скрытности не оставалось никакого смысла, ибо благодаря стараниям Джехара вся школа знала о готовящемся побеге. Кроме учителей, директора, тюремных надзирателей и, как Артур надеялся, Тени. Однако, несмотря на искреннее желание поделиться с Четверкой последними новостями, клипсянин почему-то малодушно откладывал разговор до самого последнего момента. Уже вечерело; скоро беглецы отправятся в путь. В какой же момент рассчитывал он обо всем поговорить со своим приятелем?

Неловкая пауза затянулась, покуда ребята бок о бок шли по доскам, минуя болота и редкие деревья, заледеневшие от холода. То тут, то там поблескивала почерневшая клюква, покрытая инеем. Потом Уткен решил прервать неприятное молчание:

— Врешь ты все, вот что я тебе скажу. Ты думал слинять без меня.

Артур покачал головой.

— Нет, я действительно хотел тебе сказать. Просто… Пока не представлялась такая возможность.

— Да? Поэтому я узнаю все любопытные новости от… Угадай, кого… Моим информатором сделался Чанг! Чесслово, это последний человек в Доргейме, с которым я хотел бы иметь хоть какие-то дружеские отношения! Тем не менее он благородно предупредил меня, сказав, что сегодня ночью все желающие смогут покинуть Доргейм и уйти в свободную жизнь. В то время как мой лучший друг таинственно молчит, да и вообще ведет себя так, будто я заболел оспой. Или чумой.

Артур подавленно молчал. Четверка был прав, осуждая его. Эти несколько дней он действительно вел себя отвратительно. Выходило так, что суеверный страх перед Тенью затмил все его дружеские чувства к Уткену.

— Прости меня, – сказал тогда юноша, виновато глядя на Четверку. Тот лишь саркастически хмыкнул.

— Если расскажешь, в чем дело, прощу.

— Ты пойдешь с нами? – спросил тогда Артур.

Уткен задумался.

— Опасно валить сейчас. Охотники, разбойники на дорогах, смрадень, болота… Как отреагируют в Доргейме? Вдруг Дух обо всем догадается? Что тогда нас ждет? Карцер, как Азора? Или нечто похуже? Я не знаю, дельце стремное. Но если ты не против, я бы все-таки ушел с тобой. Ведь ты мой друг. Не знаю, считаешь ли ты меня таковым… Может, думаешь, воры и домушники дружить не умеют? А ведь наша братва еще почестнее ваших будет. Вспомни, ведь я не настучал тогда, когда Оделян уже готовилась отдать тебя на растерзание! И еще раньше, когда мы с Азором удалялись от Доргейма, я специально шел медленнее, надеясь, что ты сможешь нас догнать. Я рисковал ради тебя, хоть и знал, что нас могут поймать охранники или еще кто похуже. А случай с Единицей? Я намеренно не рассказывал тебе про его издевательства, так как не хотел, чтобы ты начал заступаться, и у тебя появились лишние проблемы. Конечно, это все, наверное, ничтожные мелочи в твоих глазах. Но ты должен знать: раньше я ничего такого ни для кого не делал. Вообще ни для кого. Это ведь хоть что-нибудь значит, братишка?