Книга Зловещие топи, страница 84 – Виолетта Орлова

С этими словами он отпустил руку, позволяя своей жертве немного отдышаться. Единица с противной усмешкой наблюдал за тем, как Артур пытается восстановить дыхание и прийти в себя после его мощного удара.

— Советую, уже сейчас выбрать, на чьей ты стороне, принцесса. Пойдешь за Джехом – тебе крышка. Выберешь меня – будет тебе и защита от других, и поблажки в работе, и двойная порция каши. Преимуществ много, не пожалеешь. Пресмыкаться будешь только передо мной, остальные будут валить лесом. Ну так что?

— Да пошел ты! – хриплым голосом вымолвил Артур, когда вновь обрел способность говорить. Единица насмешливо хмыкнул, однако в глазах его все же промелькнула досада. Питбуль, как и многие люди, обожавшие власть, любил ломать фарфор, но ненавидел иметь дело со стальным железом.

— Как знаешь, – с заметным разочарованием в голосе сказал он и тяжело поднялся на ноги. Его здорово мучила одышка. – Назад пути нет, принцесса.

А потом он бесследно исчез в темноте; только еще какое-то время было слышно его шумливое дыхание, точно где-то вдали раздувались гигантские кузнечные меха для нагнетания воздуха при ковке железа.

Артур со стоном перекатился на другой бок и вновь прокашлялся, пытаясь восстановить работу легких. Появилась еще одна серьезная проблема, которую следовало решать, и как можно быстрее.

Юноша не без труда поднялся на ноги и медленно побрел в сторону казарм, время от времени с досадой стряхивая с шеи лосиных мух (докучливых завсегдатаев болот) и комаров. Повсюду зажигали факелы: для Доргейма это была обычная мера предосторожности. Дни становились короче, туманы непроницаемой мглой окутывали болота, было легко свернуть с тропы и угодить в гибельные топи.

У ворот в Северный дол клипсянин обнаружил Жабу, переминающегося с ноги на ногу и зябко кутающегося в свою протертую до дыр ворсяную жилетку. Увидев едва ковыляющего Артура, юноша глубоко вздохнул и с виноватым видом подошел к нему.

— Слушай, я… Прости меня, чесслово, – глухо пробормотал он. Артур недоуменно посмотрел в лицо друга.

— Ты ведь с Единицей повстречался, так? Э-эх, хоть бы кто ему проредил штакетник. То есть зубы повыбивал.

Артур вспомнил толстую и неповоротливую тушу своего врага, издевательский голос, омерзительное сопение, и голубые глаза его гневно блеснули в свете факелов.

— Как ты догадался?

Жаба хмыкнул.

— Взглянув на твою унылую физиономию, не столь сложно догадаться. И потом, только он один осмеливается к тебе приставать.

— Да, это был он. Его выпустили из карцера. И, кажется, он имеет зуб на Джехара. Намекает на то, что в скором времени Джеху не поздоровится. А он хочет занять его место.

— Но ведь есть еще госпожа Лян. Она всех прищучивает. Неужели Одди допустит подобный произвол?

— Не знаю. Одди хоть и учится вместе с нами, но все же она держится особняком, как бы на расстоянии. Она не живет в казармах с остальными, не ходит вместе с другими заключенными на работы, почти не участвует в жизни Доргейма. Сомневаюсь, что она что-то сможет сделать.

— Азора-то она придумала, как наказать. Да и меня… За побег.

— Азор – это единичный случай, а на стороне Питбуля куча народу. Не заметил, что половина Доргейма поддерживает его?

— А что он тебе говорил, кстати? Угрожал?

Артур хмуро опустил голову.