Книга Янтарная гавань, страница 108 – Виолетта Орлова

Артур коротко кивнул головой.

— Я рад, что смогу хоть как-то услужить тебе. Думаю, и то, и другое не является для меня неразрешимой проблемой. Если, конечно, Алан именно здесь, а не где-то в другом месте.

— Расскажи о себе, – попросил друга Артур. Кирим согласно кивнул головой.

— Признаться честно, я не смог долго находиться в Кагилу, пребывание там было мне в тягость. Любой армут поймет меня. Житель пустынных барханов и степей, вольного воздуха, диких мустангов, песков и солнца никогда не променяет свободную жизнь на ограниченное затхлое подземелье. А я все-таки армут по крови. Родина звала меня, и какой бы она ни была коварной, жестокой и уродливой, Мир чудес все равно безраздельно мой. Я вернулся, впрочем, прячась по углам как преступник.

Артур невольно взглянул на бронзовую шею Кирима, на которой явно виднелись отметины, оставленные жестоким господином Ролли.

— Да, уродливое клеймо, как я ненавижу его! Я так рад, что Индолас убрал эту гадость с твоей шеи! – воскликнул Кирим. – Но позволь продолжить, мой друг. Итак, я оказался в Мире чудес. Мне совсем некуда было податься, я скитался по подворотням и вот однажды случайно натолкнулся на местную банду хулиганов.

— А… Как же госпожа Нарр? – удивился Артур. При этих словах Кирим сильно помрачнел и опустил глаза.

— Ты, наверное, и сам знаешь, Артур, что как бы хороши ни были бабушки, они обладают одним весьма досадным свойством. Дело в том, что рано или поздно они умирают.

Артур вздрогнул и посмотрел на серьезное лицо Кирима, которое, в свете лампад выглядело мрачным, печальным и немного торжественным.

— Мне… Так жаль, – с усилием проговорил юноша, вспоминая добрую женщину, благодаря которой он сейчас продолжал жить. Кирим кивнул головой, принимая его слова.

— Я не так много знал ее… Всего несколько дней. Но знаешь, есть люди, рядом с которыми ты вроде и находишься всю жизнь, но они никак не влияют на тебя, на твой характер, да и вообще ничего не привносят и ничего не добавляют в твоей жизни. Они подобны сухой пустыне без единого родника чистой воды. Но есть и другие. Бабушка Нарр озарила светлой вспышкой всю мою жизнь, она, словно огонь, согревающий в холодную ночь в пустыне, глоток воды во время засухи… Понимаешь, о чем я?

— Понимаю, – с грустью ответил ему Артур.

— Она так многому научила меня за эти несколько дней. Бабушка уже тогда сильно болела, но разве по ней было это заметно? Более бодрого, живого и энергичного человека я и не встречал ранее в своей жизни! Все ребята в шатрах Ролли были как сонные мухи, никто не жил даже по-настоящему, казалось, мы все – застывшие мертвецы. Кроме тебя, разумеется. При этом мы были здоровы, молоды и вполне могли бороться за свою свободу. Но, слабовольные и жалкие, мы этого не делали! Только стонали под ударами кнута и молчали, молчали! Мы жаловались друг другу, в красках рассказывая про свои неудачи, даже не пытаясь что-то поменять! Бабушка Нарр была совсем другой. Я могу много о ней говорить. В восемьдесят лет она выглядела как в двадцать, всегда бодрая, храбрая, находящая утешение для других и совершенно не думающая о себе! Она была живее нас всех, вот что я хочу сказать. Она – одна из тех, кто оставил в моей жизни неизгладимый след.

— В моей тоже, – согласился с другом Артур.