Книга Янтарная гавань, страница 118 – Виолетта Орлова

— И поэтому надо их убивать, уподобляясь им самим? Становиться такими же жестокими животными? Скажи честно, Кирим, ты хотел быть охотником?

Юный армут поднял свои горящие глаза и смело посмотрел на Артура. Прежний слабовольный и нерешительный Лэк уже не существовал более: сейчас это был уверенный в себе и своей позиции человек, готовый, если надо, отстоять свое мнение. В красивом благородном лице Кирима появились какие-то новые жесткие черточки.

— Я никогда не хотел и не хочу быть охотником, поскольку не смогу убивать других людей. Однако это не мешает мне искренне восхищаться ими и думать, что они делают доброе дело. И, если ты хочешь знать мое мнение в данной ситуации, то я считаю, ты поступаешь глупо и очень рискованно. Ты намереваешься идти к людям, которые не так давно жестоко измывались над тобой, и все для чего? Чтобы спасти их? Помочь? Я считаю, напротив, что они должны получить по заслугам, а вместо этого ты собираешься отвести от их ничтожных голов справедливую руку возмездия… Я категорически не согласен с тобой. Если бы Шафран об этом узнала, то подумала бы, что ты сумасшедший.

Артур с грустью улыбнулся другу.

— Шафран тебя любит, – тихо сказал он. – Однако, боюсь, как бы она не превратила тебя в свое безжалостное орудие для мщения. Ты подскажешь, как мне добраться до шатров Ролли?

— Я дам тебе своего доброго коня. Он приведет туда, куда надо, стоит мне только шепнуть ему на ухо направление.

— Главное, не свалиться с его спины, – пошутил Артур, намекая на их совместный побег из Мира чудес.

— На единорогах летать совсем по-другому, не так ли? – понимающе подмигнул ему Кирим.

— Да, по крайней мере, если упадешь, они подхватят.

— Ты предупредил Диану и остальных?

— Нет, Кирим, я никому ничего не сказал. Я надеюсь вернуться обратно сегодня же вечером.

— А мне, значит, теперь нужно выдумывать басни и всех успокаивать?

— Скажи правду.

— То есть что их сумасбродному приятелю вдруг пришло в голову наведаться в гости к господину Ролли-младшему, у которого он не так давно сидел в конуре на привязи?

— У тебя неплохо получается успокаивать, – непринужденно рассмеялся Артур, хотя на душе у него было скверно.

— Ближе к вечеру я буду ждать тебя поблизости. Благодаря плохой погоде, я могу носить платки, скрывая свое клеймо. Я не боюсь, что меня поймают. Если ты не выйдешь из шатров до заката солнца, то, клянусь, я сам вместо охотников перебью всех этих негодяев!

— Не подвергай себя лишней опасности, – возразил Артур. – Сколько сейчас времени?

— Около четырех утра, – задумчиво ответил его друг, глядя на пасмурное небо, обнесенное тучами.

— Сколько ехать до шатра?

— Около двух часов медленной рысью. Они обосновались совсем в другом конце города. Подальше от бедняков, как ты понимаешь, и поближе к полидексянам. У них теперь не шатры, а арендованные хабиты.

— Тогда я поеду. Раз у них какой-то праздник, может, будет не так сложно проникнуть в их обитель. Кто сейчас владеет мануфактурой Ролли?

— Карм. Его сын. Впрочем, с тех пор как Ролли погиб, его дело перестало процветать. Компания в упадке. Сам Карм не хочет и пальцем шевелить, чтобы что-то изменить.

— Они так же держат рабов?

— По всей видимости, да.

— Просто мне показалось, что Карм был против рабства. Он сам мне это говорил.