Книга Янтарная гавань, страница 215 – Виолетта Орлова

— Значит, друзья? – широко улыбнулся Артур.

— Я бы не был так категоричен. Но не враги, по крайней мере, – так же улыбнулся Инк, и эта его робкая и немного неумелая улыбка вдруг так изменила все его лицо, что оно буквально осветилось изнутри, будто в нем зажегся ночник, наполненный светлячками.

— Я всегда на это надеялся, – хмыкнул Артур, почувствовав, словно кто-то своей доброй рукой убирает всю тяжесть с его сердца. – Давайте осмотрим еще трюм. Я, конечно, не питаю особых надежд, но…

— Глянем, какие крохи оставила нам команда… Надеюсь, мы найдем кое-что получше рыбной требухи, – унылым голосом поддержал его Тин, впрочем, немного оживившись при мысли, что они идут осматривать провизию.

Ребята спустились на нижнюю палубу. Здесь как-то еще больше ощущалась близость моря. Неровные удары волн о просмоленное днище судна вызывали неприятные эмоции: они словно предупреждали, что путешественники остались совсем одни, без поддержки бывалых моряков.

Артур открыл крышку и бесстрашно ступил на лестницу, ведущую в затхлое помещение, из которого доносились неприятные запахи рыбы и крысиной отравы.

— Кирим, дай мне фонарь, тут так темно, что хоть глаз выколи! – попросил он, спустившись еще на одну ступеньку. Лестница противно скрипела в такт шагам. Артур, не сумев совладать с порывистыми движениями «Балерины», шатался из стороны в сторону. Наконец он смог полностью спуститься и осветить помещение фонарем.

Из темноты, подобно пузатым стражам, выступали деревянные бочки с ворванью, повсюду лежали какие-то коробки с сыпучими продуктами – похоже, сахаром и мукой. В углу висела связка сушеной воблы, которая и распространяла тот самый мерзкий рыбный запах.

— Не очень-то разживешься… – озабоченно проговорил Тин, который тоже спустился и с важным видом начал инспектировать все эти коробки, бочки и свертки.

— Я, пожалуй, подожду вас наверху! – крикнул им Кирим. Самовлюбленный армут искренне полагал, что все, хоть как-то связанное с приготовлением пищи, должно касаться его в последнюю очередь, ибо готовка, по его мнению, отнюдь не являлась мужским занятием. Впрочем, он неплохо разбирался в мясе и даже любил варить армутскую похлебку; но это скорее было исключением из правила.

— Признайся, приятель, ты ведь просто боишься крыс? – с насмешкой поддел его Инк и, не дожидаясь пока гордый армут вспылит, начал спускаться к друзьям. В этот момент «Балерину» сильно тряхнуло на волнах; Артур неловко выронил фонарь, который с громким стуком упал на пол и чуть не разбился. Где-то в самом темном углу и впрямь послышался крысиный писк.

— Арч? Ты слышал? – дрожащим голосом прошептал Тин, ужасно побледнев. Юноша, конечно, был довольно смелым – в основном, в силу своего легкомыслия. Однако крыс Тин боялся очень давно, с самого детства. Может, это было связано с тем, что грызуны заводятся обычно в кладовках, где хранится еда, а к ней, как известно, у юного повара всегда было излишне серьезное отношение.

Артура же было не остановить упоминанием о крысах; он смело шагнул в темноту, освещая себе дорогу фонарем. К своему удивлению, он неожиданно обнаружил согнутого в три погибели юнгу, которого не так давно Дож Малый безжалостно исполосовал кнутом. Киль сидел на корточках и мелко дрожал всем телом, как от озноба. Встретившись взглядом с Артуром, он издал странный звук, похожий на всхлип.