Книга Янтарная гавань, страница 270 – Виолетта Орлова

Они без затруднений открыли ворота и вошли на мост. Ключ, который удалось выкрасть Тоду, подходил к трем замкам, один из которых висел на двери, ведущей в запретный квартал города. Путники медленно брели по дороге, чувствуя под ногами неровное колыхание зеленых растений. Уныние постепенно овладевало их юными сердцами; они чувствовали себя приговоренными к казни. Вроде бы никто не собирался их убивать, по крайней мере, в ближайшее время, но каждый все равно понимал зыбкость и шаткость их положения в Раторберге. Все могло измениться в любую секунду.

Им никто не встречался на пути, кроме местных завсегдатаев – крыс. Раторбержцы занимались своими насущными делами; им явно было не до пришельцев. Одни продолжали играть с серыми грызунами или готовить малопривлекательные на вид блюда, другие спали. Иные поспешно собирали свои жалкие пожитки, очевидно намереваясь отправиться в путь вместе с королем.

Подобно бесплотным теням, ребята проскользнули к запретному знаку и, не имея каких-либо препятствий на своем пути, открыли ворота, ведущие в загадочный мир дератизаторов. Быстро шмыгнув внутрь, они позаботились о том, чтобы решетка немедленно опустилась за их спиной. И только потом внимательно осмотрелись. Стоило ли им бояться той таинственной опасности, о которой упоминал Грызун?

Здесь тоже был деревянный мост, перекинутый через пересохшее подземное озеро. Или, вернее сказать, только половина его. Остальная часть была сожжена дотла; обугленные доски торчали из него, как черные сгнившие зубы из разверзнутой пасти гигантского животного. Деревянные останки моста словно бы указывали вперед, туда, где должен был располагаться один из заброшенных кварталов Раторберга. Впрочем, находилось ли там хоть что-то, напоминающее жилой квартал? В этом очень легко можно было усомниться, особенно воочию увидев жалкие развалины, навсегда погребенные под пеплом. Еще не успело потемнеть; таинственный источник света в пещере, который функционировал только днем, вполне справлялся со своей ролью. Конечно, ему было далеко до солнечного света. Он скорее напоминал тусклую старую лампу в каюте моряка, до такой степени запыленную, что ее лучи уже не освещали в полной мере пространство. Серый, зеленый и коричневый цвета преобладали в этом мрачном месте. Невероятная тишина, казалось, пропитала здесь каждую деталь – длинные, темные от сажи водоросли, выросшие подобно садовым сорнякам, черные куски дерева, разрушенные каркасы домов и даже покрытую копотью стену пещеры. Вряд ли это место являлось домом тростниковых крыс, ибо и так, даже невооруженным глазом, было видно, что оно мертво, тихо, сумрачно, пустынно и серо.

— Тут еще хуже, чем в жилых кварталах! – громко воскликнул Тин, выразив этой фразой одно общее чувство, которое испытали друзья при виде столь печального ландшафта. Само кладбище показалось бы им в этот момент более живым и приятным для глаза, нежели это хмурое, печальное, всеми забытое место.

— Мы пойдем туда? – сморщил губы Инк, с сомнением глядя на развалившийся мост.

— Я… Не знаю, – тихо ответил Артур. Юноша уже и сам не видел в своей затее никакого смысла.

— На воротах что-то написано! – вдруг проговорила Тилли, и тут же покраснела. Армутка не умела читать. Несмотря на многочисленных преподавателей – блестящих умов Мира чудес, она так и не освоила данную науку, ибо была ленива и безалаберна.